— Заходи в дом поскорей! — заботливо вскрикнул Свитен. — Я позову кого-нибудь на помощь.
— Со мной все будет хорошо. Иди, ты весь промок, — хрипло бросила я в ответ, протискиваясь через отверстие.
Я проковыляла по тропе, соскользнула вниз по склону и на цыпочках пробежала по доске. У меня едва хватило сил открыть входную дверь. С трудом взобравшись по лестнице на второй этаж, я стянула с себя одежду и, полностью обнаженная, свалилась на кровать. Меня всю трясло. Казалось, тело вот-вот развалится на куски. Я вся горела, как на костре. Я сбросила на пол одеяло, но лишь для того, чтобы через несколько минут начать искать его. Мое тело стало холодным как лед. Было такое ощущение, что кто-то пытается разрезать меня на части острым как бритва ножом.
С ужасом я осознала, что Алекс находился в комнате рядом со мной.
— Как ты нашел меня? — спросила я, едва шевеля пересохшими губами. Алекс подал стакан воды. Я сделала глоток. Он пригладил мои волосы и набросил на грудь одеяло. — Мне так жаль! — Я заплакала. — Мне очень жаль!
— Сейчас это не имеет значения, — сказал он, затем крепко обнял меня, так что я не могла вздохнуть.
Его лицо превратилось в древнегреческую трагическую маску. Глаза сузились, а уголки рта опустились в гримасе отчаяния. Вдруг маска отступила и растаяла в воздухе. Я заснула.
Время от времени Алекс появлялся, чтобы взглянуть на меня. Иногда его лицо оказывалось надо мной, иногда он смотрел на меня снизу, иногда сбоку. Он то хмурился, то улыбался. Как-то он набросился на меня с поднятым кулаком. Я закричала в испуге. Я кричала долго, пока мое горло не охватило пламя…
Затем я парила над кроватью, ощущая себя невесомой, словно пушинка. Порыв ветра вынес меня через окно и опустил в реку. Я превратилась в каплю воды, которая неслась с течением, растворяясь в бесчисленном множестве таких же капель. Алекс схватил меня за запястье и потянул вниз. Я отчаянно сопротивлялась, пытаясь освободиться, но вода постепенно заполнила легкие. Я пошла ко дну.
— Видишь, Фредди, ты не доверяла мне, а сейчас посмотри, куда попала, — сказал Алекс. Его лицо казалось огромным. Он смотрел на меня с сожалением.
Я не могла ни видеть, ни слышать, но чувствовала сильные руки, которые тянули меня, толкали вниз, под воду.
— Фредди, проснись!
Я открыла глаза.
Глава 10
Лицо Примроуз Ярдли было спокойным и доброжелательным, рука, которой она поддерживала меня, — мягкой и прохладной.
— Выпей это! — Я послушно сделала несколько глотков. Вкус напитка был резким и освежающим. — Вода с лимоном. Нет ничего лучше для восстановления сил. Эдвард настаивал на антибиотиках, но я сказала, что антибиотики не потребуются. Зачем тебе побочные эффекты? — Я открыла рот, чтобы спросить, кто такой Эдвард, но не смогла вымолвить и слова. Губы пересохли и потрескались, а язык словно прилип к нёбу. Я попыталась приподняться, но почувствовала, что слишком слаба.
— Поднимись, я поправлю подушку, — сказала Прим, поддерживая меня.
Затем она расправила простыню и одеяло.
На решетке перед камином высилась стопка сухих поленьев. Огонь ярко горел и отбрасывал причудливые тени на стены и потолок. Вода размеренно капала с крыши в большую кастрюлю на полу. Я чувствовала себя рядом с этой малознакомой женщиной в безопасности, защищенной от всех невзгод. Мне очень хотелось сказать, насколько я благодарна ей, но вместо этого я провалилась в глубокий сон.
Когда я снова открыла глаза, то поняла, что прошло уже немало времени. Масляная лампа потрескивала на столе. Надо мной склонился мужчина. Поначалу я подумала, что это Алекс, и заслонилась рукой, но затем разглядела широкое лицо, обрамленное густыми вьющимися волосами. Вне всякого сомнения, со мной в комнате находился кто-то другой.
— Здравствуйте, мисс Сванн. Вы выглядите намного лучше. Прим оказалась права. Вам не понадобились антибиотики. Подержите термометр под языком.
Я собрала все силы, чтобы удержать термометр. Теперь я вспомнила голос доктора Гилдкриста. Он уже навещал меня несколько раз. Но сны и действительность так тесно переплелись в моем сознании, что я не могла отличить одно от другого.
— Очень хорошо. Чуть выше ста. Намного, намного лучше! Я еще понаблюдаю за вами. Но вы в хороших руках. Я всегда говорил Прим, что ее призвание — медицина.