Только через месяц султан зашевелился и то только после того, как понял, что это не набег неизвестных кочевников, а справедливый захват - возвращение земель и обеспечение жизненных интересов Рокана. Он начал собирать свое ополчение, которое в основном состояло из полукочевых племенных дружин нанятых им далеко на юге. Воевали они на одногорбых и двугорбых жалких пародиях на лошадей, которых называли дромедарами или бактрианами, вооружены были плохенькими клинками, а доспехи не носили вообще, даже кожаные.
Может быть в их пустынях эти звери и были надежными средствами передвижения, но ни в какое сравнение с лошадьми варваров они не шли. Первые же стычки показали, что наши лошади этих дромедаров не боялись, а смело топтали их, обращая в бегство. К тому же выучка моих воинов не шла ни в какое сравнение с подготовкой этой полудикой толпы, которая Кроне громких криков и воплей больше ничего не умела. Первые же залпы лучников на полном скаку приводили их в трепет и они поспешно отступали. Единственное, что могло им помочь, - это многократное численное превосходство. Существовала опасность, что нам не хватит запасов стрел.
Помощь пришла с неожиданной стороны,- во первых сдались на милость победителей, то есть на мою милость, те крепости и укрепленные колодцы, которые мы оставили у себя в тылу. Дорога до Рокана сразу же сократилась вдвое. Во вторых, с опустевшими обозами, привлеченные богатой добычей, прибыли ещё две тысячи ополченцев, а оставленный мною в столице по старой памяти уже граф Этьен де Финар, наладил изготовление стрел, ремонт и восстановление легких кожаных доспехов, ну и как обычно, проводил поиски и зачистку псевдовампиров.
Как сказал, тоже недавно ставший графом, Витор де Роше, - Жить стало легче, жить стало веселее.
Однако настоящего сражения с этими полукочевыми племенами не произошло. Обвинив нас в том, что мы воюем не по их правилам, они бросили султана на произвол судьбы и сбежали в свои жаркие пустыни, не забыв правда прихватить с собой уже уплаченное золото.
Мое войско двинулось без всякого сопротивления вперед к столице и чем дальше мы продвигались, тем более мы дивились тем обычаям и укладу жизни с которым столкнулись. Складывалось впечатление, что это были не только два разных государства, но и два разных мира. Если Рокан во многом походил на наши королевства, то Нимор был ему прямо противоположен. Здесь царила изнеженность и изысканность. Особенно ценились полные, если не сказать толстые женщины и девушки. Мужчины могли иметь по четыре официальных жены, и неограниченное количество наложниц для своих утех, коих он обязан был одевать, кормить и содержать. Вместо стульев и кресел в ходу были мягкие подушки, вместо столов прямо на полу расстилали дорогие ковры и на них лежа ели и пили. Жители султаната были, по нашим меркам, достаточно зажиточными. Сами не работали, предпочитая нанимать работников со стороны. В общем страна созрела и сама просилась в мои руки. Скрипя сердцем я принял предложение моих друзей объединить два государства в одно, с одним общим правителем в своем лице, общими законами и наличием только внешних границ.
Де Вамп хитро посмеивался, хотя и признался, что проход в наши земли находится в покоях султана, которые ещё предстояло завоевать. Однако завоёвывать ничего не пришлось. Султан исчез, как исчез и его ближайший советник - визирь Толкеш. Правда через несколько дней их тела нашли на окраине столицы в одном из загородных домов. Судя по обстановке, они оба отравили друг друга, иных объяснений ни у меня, ни у моих друзей не нашлось. Судите сами, все драгоценности на месте, несколько десятков мешков с золотыми монетами, приготовленные бактрианы и лошади,- однако бегство не состоялось, - трупы беглецов почернели и дурно пахли. Закапали их там же, на окраине, а в столице было объявлено, что султан добровольно передал мне бразды правления, а сам вместе со своим ближайшим советником удалился от дел для отдыха и размышлений.
Наши трофеи подсчитать было невозможно, все те, кто последовал за мной буквально купались в золоте. Я просто не знал, что с ним делать, пока Вамп не посоветовал мне начать закладывать его в специальные хранилища, так как всё равно настанут такие времена, когда шахты оскудеют и поток поступающего золота значительно сократится. А вот что делать с женами султана и его наложницами я так и не придумал. Их было более трех десятков, начиная от зрелых женщин и кончая совсем маленькими девочками. Витор, видя мое замешательство, шутя предложил мне подарить их старейшинам орды, которые остались где то там, на берегах Дикой, а заодно отправить им малую толику золота, для, так сказать, поддержания здорового духа в здоровом теле.