***
После этого дня, я в течение нескольких дней, наблюдал за судьей и его окружением. Когда в ходе очередного наблюдения пришло ощущение опасности. Что исходило от очень неприметного типа, который старался выглядеть незаметным и смешиваться с окружающими его людьми, и пространством. Не став провоцировать его просто оставил наблюдение и растворился в улочках подворотни. Неизвестный же попытавшись за мной проследить, потерял мои следы за первым поворотом. Сложно следить за человеком, у которого на спине антигравитационный ранец, который он достал из пространственного кармана. Который к тому же доставляет его на крышу за пару секунд, откуда он все так же наблюдая, начинает уже следить за тем, кто пытался его преследовать.
Оценив всю ситуацию, мне оставалось только поскорее облачаться в свое снаряжение и надеяться, что первый блин не выйдет комом. После чего следить уже за, куда-то спешащим человеком. Который видно имел отличные чувства, раз так сильно нервничал и старался скрыться, не понимая, кто и откуда за ним наблюдает. Мне же оставалось признать, что так ничего путного не выйдет. И использовать одного из разведывательный дронов. Получая его трансляцию, на свой визор. И продвигаясь по соседним крышам, отмечал, что для ночи очень активное воздушное движение. И в будущем это стоит учитывать.
Только через час подобных игр этот неизвестный успокоился и наконец-то стал без лишних крюков спокойно продвигаться по улице, пересекая квартал за кварталом. И, в конечном счете, он привел меня к зданию суда, что освещалось в темноте, словно было пантеоном богов. Мне же оставалось только с сожалением констатировать, что внутрь так же просто мне не попасть. Во всяком случае, ночью и в таком снаряжении. Но понять, куда и зачем он спешит можно. И отправив дрона следом, стал определять его местонахождение в здании. При этом прислушиваясь к тому, что обсуждают столь трудолюбивые люди. Что даже ночью вкладывают свой труд во благо своей организации, а заодно и общества. И разговоры эти были очень далеки от делопроизводства, как собственно и от закона.
А в это время мой невольный проводник зашел в одно из помещений с большими деревянными, лакированными дверями. Быстро закрывшаяся дверь не дала проникнуть внутрь дрону. Поэтому оставив его на одной из колонн под потолком наблюдать за входом в кабинет. Благо, что дроны были достаточно маленькими, чтобы их было сложнее заметить, да и системы маскировки у них так же имелись. А потому за ценную технику можно было особо и не переживать. Но, послушать разговор мне было очень интересно, а потому использовал еще одного дрона. Который приблизившись к окну стал передавать мне изображение изнутри. А неплохое у них совещание. Если верить информации из сети, то тут собрались очень видные люди города. Жаль, правда, что окна защищены от прослушивания путем считывания и расшифровки их колебаний. Ведь не могут эти люди издавать звуки леса, дождя и прибоя? Но вот от чего они не защитились, так это от программы считывающей движения губ с последующей их расшифровкой.
-… … … мы не можем … … … оставки … … … не доволен.
-… … … вы понимаете, что … … … … … … это не допустимо.
-Оставьте … … … с этим пусть … … … оит … … … это… … …
И из подобных отрывков складывалась головоломка, ответ к которой мог бы быть интересен очень многим людям на этой планете. А возможно, что даже не только на ней. Но пока там не прозвучало ничего, что могло бы меня заинтересовать. Пока тот за кем я не начал в очередной раз говорить. Я же надеялся, что лысый череп перестанет елозить и загораживать это рахшево окно!
-Были проведены… … … мы думаем … … … … … … это будет приемлемо… … …
-… … … вы правы… … … это… … …
-… … … енты… … … … … … нужно предпринять… … … … … … … не стоит… … …
В этот момент хотелось разбить это окно и потрясти пару из них, чтобы получить недостающие части, что утонули в ходе этого разговора. Но нет. Надо сидеть на вентиляционной шахте и наблюдая за видами ночного города с потоком флаэров, слушать эти словесные обрывки, да поглядывать на то, что транслируют изнутри. Изображение не сильно менялось. Ни тебе передачи документов, ни фото или голограмм, ни-че-го. Только обрывки, которые никак не хотели складываться воедино.