***
В месте встречи все было спокойно, люди уже ждали, как и техника. Поприветствовал бойцов, а заодно проверил груз, чтобы убедиться, что все реально в порядке. А когда залез в кабину, мне оставалось только наслаждаться поездкой и видами, что были вокруг нас. Прибыв же на место, позволил людям делать их работу, обеспечивая свою безопасность с прикрытием, а заодно защиту груза. Сам же направился прямиком к Гиду, что стоял в десятке метров передо мной со своими людьми.
Вот только я никак не мог понять, что мне не нравится больше, Гид или место, где проходит встреча? Так проблем тут быть не должно. Шутка ли, зона трущоб, что примыкает к буферной зоне. По сути это прямо таки наш «дом». И здания тут отличаются от трущобных, не говоря о том, что порядка тут было куда больше, чем через пару улиц. Но что-то никак не давало мне покоя. Стараясь понять, в чем дело и что мне не нравится, я сбавил немного шаг. Затем еще немного и под конец вообще остановился, сделав шаг назад, начав при этом аккуратно осматриваться вокруг.
-«Йер, мне не нравится это место и то, как все происходит. Твои люди ничего не замечают?»
-«Пока все чисто, но мне тоже все это кажется подозрительным. Слишком хорошее место для засады, будь осторожнее.»
-«Угу, как будто у меня велик выбор.»
Гид видно не понял, в чем была заминка и начал сам двигаться ко мне на встречу. Я же гонял дронов и пытался пусть с болью, но прощупать окружающее пространство. Но пока все было глухо и ничего подозрительного ощутить или увидеть у меня не получалось. Гид же уже подобрался ко мне достаточно близко. Чтобы я мог расслышать его крик, что прорывался сквозь начинающийся дождь, постепенно перерастающий в ливень.
-Давно не виделись Турист. Как твои дела? Не звонишь, не пишешь, не навещаешь старых друзей. В чем дело? Неужто мы тебя чем-то обидели?
-Мы не друзья Гид и давай завершим наши дела.- Сразу расставил все точки по своим местам и направил его в нужное мне русло.
-Какой ты грубый. Но как знаешь. Я и сам не в восторге от этой погоды.
Погода. Да с ней то, как раз все было в порядке. А вот что меня беспокоило, я так и не понимал. Но через некоторое время я уловил что-то на грани своего восприятия. А еще через некоторое время заметил помехи на своем визоре, что явно были не естественного происхождения. И вычислив, откуда они шли, сообщил об этом Йеру.
-«Спокойно Турист. Отходи постепенно к перекрестку, не хочу потерять людей только из-за того, что они будут тебя прикрывать. Рока ты будешь «танцевать» отстреливая особенно буйные головы.»
-«Очень смешно. Во второй раз мне что-то не хочется так рисковать.»
-«Рад, что ты не лишен благоразумия.»
Сделав пару шагов спиной вперед, развернулся и направился спокойным шагом к перекрестку, что был совсем неподалеку от меня. Там как раз бойцы стали образовывать что-то вроде непонятного брожения, которое могло в любой момент превратиться в организованную оборону. И подходя к ним, я уже стал надеяться, что все будет нормально и нам удастся избежать неприятностей. Вот только стоило мне подойти к нашим бойцам, как начавшаяся стрельба поставила на моих надеждах жирный крест. А попавший за этим снаряд в кузов одного из грузовиков, превратил того в пылающий огненный шар, что разорвало на множество мелких кусочков, которые подхватив волной разбросало во все стороны.
***
На наше счастье шиты, уберегли нас от осколков, чего нельзя было сказать о Гиде и его людях, которых посекло без разбора или жалости. А вот с подхватившей нас теплой воздушной волной дело было совершенно иначе, она нас отбросила еще ближе к перекрестку, чуть не убив при этом ударом об какую-либо поверхность или при приземлении. От которого некоторые из нас еще несколько метров скользили по мокрой дороге, оставляя за собой порой сноп искр и море ругани с болезненными стонами.
Мне повезло больше и удалось, ударившись об одну из машин, на которых мы доставили груз, схватиться за нее до того, как меня впечатало бы в стену или еще куда. Это мне не особо помогло, но траекторию я изменил, как и чуть снизил ускорение до того, как сорвался и продолжил свой полет. На свое счастье я успел воспользоваться ранцем, обрекая себя на участь скольжения по такой твердой дороге, на которой тут же появились следы от моего трения по ее поверхности.