«Он упрямый парень. Ленивый парень, — сказала она Джо через плечо, продолжая хлопать Тоби. — Он совсем не хотел быстро скакать галопом. Заметила, как он уши прижал и головой мотал?»
Джо сказал, что да.
«Так он показывал мне, что злится. Когда он так делает, это значит, что либо он вырвется из круга и будет делать что хочет, либо сделает то, что я прошу. В этот раз он сделал то, что должен был, и пошел в быстрый галоп. Он наконец-то усваивает, что всё будет намного проще, если он будет делать, что я говорю».
Джо улыбнулся. «Знаю, со мной это работает».
Мэрибет сморщила нос, глядя на Джо, и снова повернулась к Тоби. «Видишь, как он облизывается? Это знак послушания. Он признает, что я главная».
Джо подавил желание театрально облизнуться, когда она взглянула на него.
«А зачем ты дуешь ему в нос?» — спросил он.
«Лошади в табуне так делают друг другу, чтобы показать привязанность. Это еще один способ установить связь». Мэрибет помолчала. «Знаю, звучит по-деревенски, но подуть ему в нос — это вроде как обнять его. Лошадиные объятия».
Джо был очарован тем, что делала Мэрибет. Он провел рядом с лошадьми большую часть жизни, и к настоящему времени его гнедая кобыла Лиззи исколесила с ним почти все горы хребта Твелв-Слип в Биг-Хорне. Но то, что Мэрибет делала с Тоби, чего она от него добивалась, было чем-то иным. Джо был впечатлен.
Окрик за спиной отвлек Джо от мыслей. Он обернулся и увидел, как десятилетняя Шеридан, пятилетняя Люси и их восьмилетняя приемная дочь Эйприл выбегают через заднюю калитку и бегут по полю к Джо и Мэрибет. Шеридан несла перед собой беспроводной телефон, как олимпийский факел, а остальные две девочки бежали следом.
«Пап, тебя, — крикнула Шеридан. — Какой-то мужчина говорит, это очень важно».
Джо и Мэрибет переглянулись, и Джо взял трубку. Это был шериф округа О.Р. «Бад» Барнум.
В национальном лесу Биг-Хорн был сильный взрыв, сказал Барнум Джо. Лесной наблюдатель сообщил об этом и рассказал, что в бинокль видит разбросанные по земле среди деревьев темные туши. Предполагали, что погибло «до черта» животных, поэтому он и звонил Джо. Мертвые промысловые животные — это по части Джо. Пока думают, что это промысловые животные, сказал Барнум, но, может, и коровы. У пары местных скотоводов там есть участки под выпас. Барнум спросил, не может ли Джо встретить его через двадцать минут у съезда на Винчестер с межштатной трассы. Тогда они успеют добраться до места до полной темноты.
Джо вернул телефон Шеридан и посмотрел через плечо на Мэрибет.
«Когда вернешься?» — спросила она.
«Поздно, — сказал Джо. — В горах взрыв».
«Самолет разбился?»
«Он не сказал. Взрыв в нескольких милях от дороги Хейзелтон в горах, в краю лосей. Барнум думает, там могут быть убитые промысловые животные».
Она посмотрела на Джо, ожидая объяснений. Он пожал плечами — это всё, что он знал.
«Я оставлю тебе ужин».
Джо встретил шерифа и его заместителя Макланахана на съезде к Винчестеру и последовал за ними через маленький городок. Три машины — два окружных «Блейзера» и темно-зеленый пикап Джо из Департамента охоты и рыболовства — въехали и выехали из городка за несколько минут. Хотя время было еще раннее, из заведений работали только два бара с одинаковыми красными неоновыми вывесками «Курс» в окнах и магазинчик повседневных товаров. Единственное публичное произведение искусства Винчестера, расположенное на лужайке перед отделением банка, представляло собой огромную и жуткую металлическую скульптуру раненого медведя гризли, рвущегося с толстой цепи, его металлическая лапа была зажата в массивный капкан с острыми зубьями. Джо не находил скульптуру красивой, но она передавала настроение, стиль и врожденную культуру фронтира этой местности лучше, чем что-либо другое.
Заместитель Макланахан вел их через лес в том направлении, откуда сообщили о взрыве, а Джо шел за ним рядом с шерифом Барнумом. Джо и Макланахан обменялись короткими кивками и не проронили ни слова. Их отношения были натянуты с тех пор, как два года назад Макланахан расстрелял из дробовика лагерь проводника, и случайная дробинка попала Джо под глаз. Шрам остался до сих пор.
Висячее, как у побитой собаки, лицо Барнума исказилось гримасой, когда он ковылял рядом с Джо через кустарник. Он жаловался на боль в бедре. Жаловался на расстояние от дороги до места преступления. Жаловался на Макланахана и вполголоса сказал Джо, что уволил бы его много лет назад, если бы тот не был его племянником. Однако Джо подозревал, что Барнум держит Макланахана ещё и потому, что репутация его заместителя как стрелка быстрого на расправу добавляла — пусть и неправдивую и маловероятную — атмосферу крутизны окружному департаменту шерифа, что не вредило в избирательный период.