– Нет! – отчаянно всхлипываю. – Простите меня пожалуйста. Я правда... Меня Самсонова привела...
Господи, почему ему не приходит в голову накинуть что-нибудь? Ночь конечно теплая, даже душная, но это же абсурд, разговаривать со своей помощницей голым!
– Милый, кто там так нагло посмел нас прервать? – слышу голос любовницы Азатова, окончательно проваливаясь в бездну стыда.
Я больше никогда не смогу ему в лицо посмотреть. Хочется умереть на месте. Теперь еще один свидетель моего позора. Я видимо прервала любовников на самом интересном… Самсонова даже это подгадала?
– Ну? И чего надо этой застывшей кукле? – надменно произносит Лейла. – Дорогой, ты голый. Зайди в дом, прошу.
Дамир словно только в этот момент понимает, что я лицезрела его наготу.
Вся сцена занимает от силы пару минут, но мне кажется бесконечной.
– Если это срочно, может отомрешь уже, и скажешь зачем в дверь трезвонила? – спрашивает Азатов холодно.
– Валерия сказала, вы меня звали… Срочно.
– Ну ясно, девочки решили немного пошалить, – фыркает Лейла. – расслабились сильно на отдыхе, берега попутали. Надо обеих уволить, чтобы неповадно было! Лейла – самая адекватная среди нашей троицы, протягивает Дамиру большое черное полотенце. – Возьми, милый.
– Раз уж умудрилась так нагло к нам вторгнуться, пусть смотрит, – усмехается Азатов.
Дикарь! Придурок! Эксгибиционист проклятый!
Азатов машинально оборачивает полотенце вокруг торса. Легче мне не становится. Понимаю, что это лишь начало расплаты за глупость и доверчивость.
– Простите меня, пожалуйста. Мне очень стыдно.
– Иди домой, Тина, – вздыхает, еще раз осмотрев меня от макушки до пальцев ног в босоножках.
Азатов собирается закрыть дверь, но его любовница выходит на крыльцо.
– Я на пару секунд, – щебечет Лейла. – Захлопывает за собой дверь. Спускается ко мне.
– Еще раз извините, – лепечу измученно. Чувствую себя лопнувшим воздушным шариком. Полное опустошение. – Это, видимо, был розыгрыш от Валерии… Абсолютно не смешной!
– Слушай сюда, жертва блин розыгрыша! – шипит ядовито Лейла. – Чтобы прямо завтра от тебя заявление об уходе было написано, поняла меня? Я такого терпеть не буду! Ишь обнаглела! Людей в самый интимный момент прерывает. Как тебе вообще такое в голову пришло?
Я умираю. Это невыносимо. Слушать ее и представлять картину, как Дамир трахает свою Лейлу, и в этот момент я, дура, идиотка конченная, трезвоню в их дверь! Хуже быть просто не может!
– Дамир конечно мужик горячий, пару раз отыметь тебя может. Но оно того не стоит, дорогуша. Ты никогда рядом не удержишься, и не мечтай.
– Да не мечтаю я! Вы глухая?! Я не вру! Это все Самсонова.
– Возможно. Но тогда ты просто мега-тупая и наивная. Такой тоже не место в большой международной компании. Надо быть хоть немного критичнее! Нельзя слепо верить людям, своим врагам тем более!
– Конечно, вы правы, – киваю.
– Все! Убирайся отсюда!
Бреду к дому, такое ощущение, что превратилась в зомби. В голове пульсирует одна мысль:
Я видела босса голым. Абсолютно.
Как можно после этого посмотреть ему в глаза? Продолжать на него работать?
Хотя, меня никто не оставит. Даже если Азатов проявит великодушие, то Лейла не успокоится, пока меня не вышвырнут. Это ясно по ее поведению.
Нет слез. Нет эмоций. Полное опустошение.
Дохожу до дома, сдираю с себя вещи, встаю под душ. И тут уже даю волю слезам. Рыдаю, вою, выплескивая унижение и страх, что пережила.
Когда выхожу, опустошенная окончательно, заходит Лиза. Веселая, что-то рассказывает про вечеринку. Замолкает. Понимает, что со мной дело плохо. Начинает расспрашивать, а я снова начинаю плакать…
Заново переживаю весь ужас и унижение сцены, потому что мне необходимо выговориться. Я просто не могу в себе этот кошмар держать! Возмущение, ярость, даже ненависть к подлой стерве Самсоновой! Я все могу понять, соперничество, неприязнь, но такое…