Однако пуля, просвистевшая в миллиметре от него, представляла собой гораздо большую проблему, чем несколько пиявок. Время начать охоту. Затаившийся противник будет терпеливо подстерегать его, уверенный, что Рио вскоре продолжит свой путь. Между ним и Джошем — скрытым в густой листве с тяжёлым ранением, остро нуждающимся в медицинской помощи — река.
Под прикрытием массивных деревьев Рио скинул с себя одежду и вместе с ботинками свалил в одну кучу на сук. Он изменил форму; внутри него разлилась сила. Животная сила, превратившая его в совершенную машину для преследования добычи. Дерзкий, высокоинтеллектуальный и хитрый леопард вышел на охоту. Оставаясь в тени деревьев, большая кошка стремительно бежала вниз по течению, прокладывая себе путь сквозь зелёную растительность. Запрыгнув на низко висящую у берега реки ветку, он почуял запах свежей крови и пороха. Леопард зарычал, когда снайпер повторил очередь выстрелов по тому месту, где недавно стоял Рио.
Он вошёл в воду и, используя мощные мышцы, переплыл на противоположный берег.
Взобравшись на обрыв, он стал крадучись перемещаться по открытой области. Леопард то настороженно замирал, то опять приходил в движение; он мягко ступал по земле под прикрытием кустарника с пышной листвой. Он преодолевал метр за метром, пока до бандита не осталось всего несколько шагов.
Мужчина, было, бросился сквозь деревья с намерением перейти на другой берег, не заметив притаившегося в метре от него леопарда. И не успел он опомниться, как его с мощностью товарного поезда стремительно сбил зверь и потащил в обратную сторону, используя мощные ноги и мышцы. Удар был настолько сильным, что жертва даже не почувствовала массивные челюсти, которые оборвали её жизнь.
Рио воспротивился дикой натуре хищника, поднявшей свою голову от опьяняющего аромата убийства, и мгновенно принял человеческую форму. Ему всё ещё нужно было переправить Джоша на другой берег. Установка шкива и подъёмного ремня займёт слишком много времени. Он поспешил обратно, возблагодарив Бога за то, что тот всё ещё дышит.
— Мы переплывем реку, Джош. Я доставлю тебя в деревню.
— Не делай этого. Не принижай себя ради меня.
Не слушая товарища, Рио водрузил его себе на плечо.
— Мне плевать на их грёбаное мнение, Джош. Тебе необходима медицинская помощь, и как можно быстрее.
— Ты где-то забыл свою одежду.
Рио в усмешке блеснул зубами.
— Я оставил её на дереве, по ту сторону реки.
— Я всегда знал, что ты чокнутый.
В голосе Джоша звучала крайняя усталость. Он висел мешком и даже не пытался удержаться. Рио погрузился в воду, бросая каждую унцию своей силы на борьбу с течением, чтобы переплыть на другую сторону. Выбравшись из реки, он побежал.
Путешествие оказалось адским. Тело Джоша со стуком билось о Рио. Низкорослые кустарники рвали его кожу. Дождь лил, не переставая, на протяжении всего пути. Рио начал уставать, ноги стали ватными, лёгкие горели от нехватки воздуха. Босые ноги, хотя и привыкшие к долгим путешествиям, натёрлись и кровоточили. Им потребовалось несколько часов, чтобы добраться до цели. Три раза приходилось делать привал, чтобы напоить Джоша водой и туже затянуть повязку на его ране.
Перед рассветом усталый, злой и промокший до нитки Рио, шатаясь, вошёл в деревню. Никто не вышел их встречать, хотя они знали, с кем он пришёл. Кровь Джоша пропитала его одежду в том месте, где он прижимался к телу Рио. Дождь неустанно продолжал лить, каскадом обрушиваясь на землю, так что видимость между ним и домами была плохой, как во время тумана. Рио направился к дому их единственного врача. Его внимание привлекло движение.
Сквозь ливень с веранд своих домов за ним наблюдали старейшины.
Рио стоял, покачиваясь от усталости. На него нахлынула ярость. Стыд. Ему снова двадцать два, он снова стоит перед советом весь в крови своей матери и с кровью её убийцы на руках. Он поднял голову и стиснул зубы. Они никогда не примут его обратно. Никогда не позволят, чтобы клеймо позора, лёгшее на его плечи, коснулось их. Он стоял на страже людей-леопардов, отдавал им свою долю вознаграждений, и, тем не менее, на его руках кровь, и за это они никогда не простят его. Рио сжал губы и расправил плечи. В его глазах светилась гордость, а подбородок стал решительным упрямым. Не имело значения, что его не приветствовали в родной деревне. Он и не ждал этого. Однако он отказывался верить в то, что потерял право взаимодействовать с людьми своего вида.
Из домов до него стал доноситься шёпот. Жители деревни всегда начинали шептаться, когда обстоятельства вынуждали его идти в деревню и вторгаться в их личное пространство. Каждый раз в нём разгоралось убеждение, что на этот раз всё будет по-другому... лучшее, что, может быть, они примут его назад. Но раз за разом лица одних оставались непоколебимыми, другие просто отводили глаза, а некоторые смотрели сквозь него, словно он вовсе не существовал. Рио собрал все силы, что оставались в его измученном теле, и понёс Джоша прямо к дому врача. Они никогда не позволили бы ему войти, при том не говоря ни слова. Даже если бы посчитали, что это он истекает кровью, люди не стали бы задавать вопросов или пытаться помочь. Для них он мертв.