— Тут не поспоришь, — ответила я, подумав о Конноре и его склонности, по крайней мере, в детстве, делать то, чего он, черт возьми, хочет.
— Меня это огорошило, — сказал папа. — Мы не провели Коммендацию не потому, что упустили это или забыли. Мы считали — рассматривали — тебя полноправным членом Дома. И мне ужасно жаль, что мы были неправы, хотя бы технически.
Он прочистил горло.
— Ты хочешь пройти Коммендацию?
И я подумала, что мы преодолели неловкую часть. На мгновение в воздухе повисла тяжелая тишина. У меня не было честного ответа, и я не хотела лгать.
Наконец, он поднял руку и улыбнулся.
— Не отвечай. Прости, что поставил тебя в неловкое положение. Я люблю тебя и всем сердцем люблю твою маму. Также я люблю этот Дом. Он не мой ребенок и не моя жена, но он… — Казалось, он подбирает слово.
— Он твой, — просто сказала я и улыбнулась ему. — И больше ничего говорить не нужно.
— Да, — ответил он с облегченной улыбкой. — Он мой. И хоть мы с твоей мамой и хотели бы, чтобы ты была официальным членом этого Дома, но это решение ты должна принять по своему усмотрению.
— А если я выберу Наварру? — спросила я с ухмылкой.
Мгновение он молчал, слегка скривив губы.
— На вкус и цвет товарищей нет.
Я ухмыльнулась ему.
— Типичный ответ Кадогана.
— Иди сюда, — сказал папа и раскрыл объятия. И я охотно в шагнула в них.
Напряжение исчезло, когда Марго, шеф-повар Дома, вкатила в кабинет папы тележку. На ней были сложены подносы с едой, и от них пахло сахаром и беконом.
За ней в комнату вошла моя мама.
— Как всегда, — произнес папа, — твоя мама выбирает идеальное время.
— Она шла по запаху бекона, — сказала Марго, подмигнув мне, когда начала расставлять подносы и корзинки на стол для совещаний.
— Вы такие шутники, — проговорила она, схватив полоску бекона из одной из корзин Марго. Она смотрела на нас, пока жевала, и я кивнула и улыбнулась ей.
«Снаружи царит хаос. Но в нашей семье все в порядке».
Поскольку кофе мог только улучшить ситуацию, я налила себе кружку и переместилась в зону отдыха, пока мы ждали прибытия кавалерии. Они прибывали по очереди. Петра и Юен, потом Тео, потом Габриэль, Коннор и Миранда.
Я не расстроилась, поняв, что Дирборн пропустил встречу, и предположила, что нам придется пригласить прессу и мэра, чтобы он действительно присутствовал. Я не ожидала увидеть Миранду и была удивлена, что она по доброй воле вошла в Дом вампиров, учитывая ее отношение к нам.
Сегодня Коннор снова надел свое обмундирование: джинсы, ботинки и облегающую футболку под мотоциклетную куртку. На его лице была темная щетина, отчего его глаза светились ярче. И он нес свой темный мотоциклетный шлем.
Он направился прямо ко мне, и я совсем не удивилась, увидев в глазах Миранды быструю вспышку эмоций. Подозрение, гнев и, возможно, некая боль. «Так у Миранды есть чувства к Коннору, к мужчине, которого она хочет поставить у руля Стаи. Или, возможно, разделить с ним контроль над Стаей».
Я могла ей лишь посочувствовать и перевела взгляд обратно на Коннора. Он выглядит, как модель из рекламы туалетной воды. Сексуальный, соблазнительный и высокомерный. У меня эти чувства вызывали дискомфорт, особенно в кабинете моего отца.
Он положил свой шлем на журнальный столик и посмотрел на меня с непроницаемым выражением лица.
— Ты продолжаешь бодаться с фейри.
— Не по собственной воле. Что случилось?
Он сел на противоположный диван.
— С чем?
— С тобой. Ты выглядишь уставшим и ворчишь.
— Была долгая ночь. — Он провел рукой по волосам, из-за чего сократились мышцы на его руке. — Райли справляется, но это лишь фасад. Это не очень хорошая ситуация.
— Думаю, мы становимся ближе. Нам просто нужно немного больше времени. — «И еще немного удачи не помешало бы».
Габриэль подошел к зоне отдыха, размешивая свой кофе, громко звеня ложкой о керамику.
— Противостоишь фейри в прямом эфире?
— Не то место, не то время, — ответила я.
— Или нужное место и нужное время, — сказал Юен, улыбнувшись, когда подошел к нам. Он взглянул на моих родителей. — У вас очень рассудительная и способная дочь.
— И она очень хороший боец, — добавил Тео с ухмылкой.
— Согласен по всем пунктам, — ответил мой папа, а потом кивнул Юену. — Мы собрались, чтобы поддержать ваши усилия, поэтому если вы готовы, то и мы тоже.
— Мы готовы, — сказал Юен. Потом он кивнул Тео, образно передавая эстафету.
— Я начну, — произнес Тео. Он дословно рассказал о нашем визите в замок, схватке в Грант-Парке и о том, что мы увидели на видео с камер наблюдения.