— Кровопускатели управляют Чикаго, — ответила она, уголок ее рта приподнялся.
— Чикаго управляют люди. Мэр, городской совет, жители.
— Ими манипулируют вампиры. Контролируют кровопускатели.
— Это абсолютная ложь. — «Если бы это было правдой, это я бы давала Юену указания, а не наоборот».
Я натолкнулась спиной на стену, и ее улыбка стала шире.
— Маленькому вампиру хватило смелости прийти сюда, но ее оказалось недостаточно, чтобы драться?
Затопивший меня гнев подтолкнул монстра вперед. «Может, мне следует дать ему шанс», — подумала я. — «Дать ему возможность подраться и поиграть».
И так я позволила монстру войти в меня, а сама переместись внутрь и стала наблюдать, что произойдет.
Я развернулась, оттолкнулась ногой от стены и перепрыгнула за нее. Она повернулась, потрясенно выдохнув, и смотрела, как я приземляюсь к ней лицом.
— Кое-какие навыки, — сказала я, яростно улыбаясь. Монстр пошел в атаку правым хуком, от которого фейри не удалось уклониться, а потом нанес апперкот в челюсть, из-за которого голова фейри дернулась назад. Она взревела от боли, и ей потребовалось мгновение, чтобы снова обрести равновесие.
Монстр не хотел ждать и снова пошел в наступление. Он нанес удар ногой, на этот раз прижав фейри к стене. И тут началось настоящее избиение.
Удары кулаком в живот, в челюсть. Пинок по ребрам, потом еще один. Фейри попыталась протиснуть ногу между моих, перевернуть меня и скинуть, но мне удалось удержаться на ногах. Внезапный быстрый удар, из-за которого ее голова откинулась назад.
Голова фейри качнулась, и она упала на колени. Но это не остановило монстра. Даже когда глаза фейри закатились. Один пинок по ребрам, потом второй, потом еще один.
— Элиза.
«Чикаго не принадлежит фейри или вампирам. Он принадлежит Эгерегору, и фейри не имеют права его уничтожать».
— Элиза. Остановись!
Рука Тео крепко сжала мою руку, и он оттащил меня. Я запнулась, не совсем твердо стоя на ногах, и мне пришлось согнуться пополам, уперев руки в колени, чтобы не поднялась желчь.
— Я в порядке, — сказала я и подняла руку, чтобы он не подходил. — Дай мне минуту.
«Возвращайся», — приказала я, но монстр боролся со мной, меня пронзили волны гнева и агрессии. Я закрыла глаза, отчаянно пытаясь сконцентрироваться, чтобы мне не крутило живот, а разум сохранялся ясным. Чтобы вернуть контроль и удерживать его.
Такова цена силы. Монстру не нравится, когда его снова вытесняют туда, где ему приходится подвергать сомнению собственное существование.
Когда тошнота прошла, я выпрямилась и оглянулась.
Фейри лежала на земле, без сознания. Ее правый глаз опух и почернел, из губ сочилась кровь, но ее грудь поднималась и опадала.
«Я ее не убила». Хотя я понимаю смерть и теперь принимаю, что она неизбежна на войне, но я испытала облегчение.
У меня сильно болели руки. Я посмотрела вниз и обнаружила, что костяшки разбиты и кровоточат. Но я вампир, и раны заживают довольно быстро.
— Ты в порядке? — спросил Тео. Выражение его лица говорило, что он по-настоящему не уверен.
— Я в норме. — Я оглянулась и увидела фейри, которого он тоже вырубил.
От этого мне стало гораздо лучше, и у меня из глаз чуть не полились слезы.
— Нам нужно вытащить отсюда Клаудию, — сказал Тео, и я кивнула.
— Я открою дверь, — произнесла я и приняла руку, которую он протянул, чтобы помочь мне подняться.
Тео направился к Клаудии. Я пошла в маленький вестибюль и обнаружила, что входная дверь закрыта изнутри. Я вытащила длинный кусок стали, отбросила его в сторону, повернула засов в гниющем дереве и толкнула дверь.
Поток свежего воздуха, воздуха, в котором по большей части не было магии, ощущался великолепно.
— Дом Кадогана ближе, чем офис Омбудсмена, — сказала я, когда Тео пронес Клаудию. — И у нас есть врач.
— Тогда туда и поедем. Лучше позвони им.
— Сначала машина, — произнесла я и оглянулась. — На случай, если они очнуться раньше, чем нам хотелось бы.
* * *
Зеленая земля не исчезла. Но и больше не стала.
На месте «Юнайтед-Центра» все еще было поле травы, хотя теперь там появились патрульные машины ЧДП, вешая оградительную ленту и оцепляя новейший парк Чикаго. Я отдала Юену должное за быстродействие.
Когда мы проезжали мимо, я на мгновение пожалела, что у меня нет возможности прогуляться по нему, посмотреть, как на самом деле выглядит земля фейри изнутри. Несмотря на то, что я знала, что все, к чему прикасались руки фейри, опасно — коварно, соблазнительно и, как правило, является ловушкой для неосторожных.
— Не хочешь рассказать мне о своих… способностях?
Этот вопрос вырвал меня из задумчивости. Тео так неуверенно произнес это слово, похоже, считая это скорее проклятьем, чем благословением.
— Нет, — ответила я.
На мгновение я почувствовала на себе его взгляд.
— Ладно, — наконец, произнес он. — Они полезны, что бы это ни было. И я не думаю, что кто-нибудь будет тебя за это винить.
«Возможно. А, может, и нет. Но сейчас не время это обсуждать».
— Я позвоню в Дом, — сказала я и вытащила свой экран.
— Элиза, — ответил мой отец.
— Мне нужна услуга.
Наступила тяжелая пауза, и я могла только догадываться, какими вопросами он задается.
— Что тебе нужно?
«На него можно положиться при любых обстоятельствах».
— Мы с Тео едем. Если бы вы могли открыть гараж и встретить нас там, было бы замечательно.
— Что ты делаешь?
— Тебе это не понравится, — ответила я. — Поэтому будет лучше, если мы с этим разберемся, когда мы будем на месте. Приведи Делию, если она свободна. — Делия — врач Дома.
— Элиза…
— Мне нужно, чтобы ты мне доверился. Я не сделаю ничего, что навредит Дому Кадогана. Но нам нужна помощь.
Последовала пауза.
— Мы будем ждать, — сказал он и повесил трубку.
Я оглянулась на Клаудию, все еще без сознания лежащую на заднем сидении, и поняла, что в мире может не хватить видов макарони, чтобы это компенсировать.
* * *
Когда мы подъехали к воротам, они поднялись, и открылась дверь подвального гаража. Тео заехал в Дом, потом припарковался у двери, где нас ждали мои папа, мама и Келли. Она открыла дверь для Тео, и он взял Клаудию на руки.
— Господи, — проговорил мой папа, нахмурив брови, когда Тео понес ее к двери, которую бросилась открывать Келли.
Она все еще была обмякшей, волосы падали почти до пола. И в свете флуоресцентных ламп она выглядела хуже, темные круги под глазами, синяк на челюсти и бледность кожи, не уступающая вампирской.
— Вторая гостиная, — сказал мой папа, и я указала Тео на лестницу. Мы пошли за ним, потом зашли в красивую гостиную, где вампиры разбежались с дороги, чтобы освободить ему диван. Тео положил ее, а потом вернулся в фойе, где мы с опаской наблюдали за ней.
— Юен еще не приехал? — спросил он.