В тот момент я почти пожалела, что сделала это. Я почти пожалела, что сначала не спросила Джексона или не нашла какой-нибудь другой способ. Но я не смогла придумать ничего другого. В этом-то и была проблема. Не только ради города, до которого после этого, я не уверена, что мне есть дело, но и ради других девушек, которые могут последовать за мной. И мне не наплевать на себя, но не на свою мать, и Дин ясно дал понять, что у меня нет выхода.
Так что мне пришлось сделать это самой, и я не могла поступить иначе. Я не могла доверять Джексону в том, что он доведёт дело до конца.
Это должен был быть Кейд.
Теперь все будут знать. И это приятно, эмоционально и физически, как победа на вершине оргазма, кайф за кайфом, и вся боль и унижение последнего часа улетучиваются, когда Кейд входит в меня, моя израненная киска жадно принимает каждый толчок, моё тело отвечает ему тем же. Если бы я только никогда раньше не отбивалась от него…
Я не могу смотреть на Джексона, пока он это делает. Только не снова. Я не могу выносить это выражение его лица ни секунды дольше.
Я близка ко второму оргазму, когда Кейд снова запускает руку в мои волосы, запрокидывает мою голову назад, так что я смотрю на него снизу вверх, тяжело дыша, всё ещё извиваясь на его члене, когда он снова погружается в меня по самую рукоятку, трётся об меня, умудряясь говорить сквозь стиснутые зубы, его челюсть напряжена от усилия не кончить в меня.
— Ты готова закончить с этим, Афина?
Мой желудок сжимается. Я знаю, что это значит, и мысль о его огромном члене в моей измученной и ноющей заднице заставляет меня съёжиться. Но я не думаю, что Кейд причинит мне такую боль, как Дин – это будет больно, но он постарается всё исправить. Это странная мысль, потому что Кейд всегда причинял мне больше всего боли, но на этот раз я в это не верю. Не сейчас, не после того, каким он был с тех пор, как вытащил меня из-за стола.
В любом случае, у меня нет выбора. Если бы Дин не трахнул меня в задницу, возможно, мне бы это сошло с рук, я бы умоляла Кейда не делать этого, умоляла его кончить мне в киску, грязно довела бы его до оргазма. Было бы достаточно, если бы Дин этого не сделал. Но он это сделал, и Кейд не может оставить ни одну свою брешь незавершённой, если хочет выиграть эту битву.
Это грубо, но верно.
— Да, — выдыхаю я, и глаза Кейда расширяются, когда он ухмыляется. Думаю, он ожидал, что я буду сопротивляться, хотя бы немного, но я знаю, что должна сделать, и я, чёрт возьми, собираюсь это сделать. Я собираюсь доказать, какая я крутая, себе и всем остальным. Афина Сейнт раньше была грёбаной королевой, и намерена ею оставаться. Никто не собирается заманивать меня в ловушку, сажать в клетку, порабощать, особенно чёртов Дин Блэкмур, и если мне придётся за одну ночь засунуть себе в задницу два разных члена, чтобы победить, то это именно то, что я собираюсь сделать.
— Пожалуйста, трахни меня в задницу, Кейд, — стону я достаточно громко, чтобы все услышали. — Я хочу, чтобы твой толстый член был в моей заднице. Я хочу кончить, пока ты будешь трахать меня, пожалуйста.
— Ну, я, черт возьми, не могу сказать «нет» своей девочке, — Кейд улыбается мне и погружается в ещё один обжигающий поцелуй, прежде чем выйти из меня. Затем он хватает меня за бёдра, поднимает со стола и разворачивает, когда я наклоняюсь над столом, раздвигая ноги и готовясь принять член в свою задницу во второй раз за сегодняшний вечер.
Кейд слишком возбуждён, чтобы уделять мне много времени. Я чувствую, как головка его члена прижимается к моим ягодицам, когда он сжимает мою попку, а другой рукой направляет его к моей тугой, ноющей дырочке.
— Посмотри на эту охуительную задницу, — стонет он, и я чувствую, как он толкается у моего входа.
Но он не засовывает его так, как это делал Дин. Это уже легче, я мокрая от собственного возбуждения и спермы Дина, но Кейд протягивает руку, его пальцы поглаживают мой чувствительный, набухший клитор, и он начинает проталкивать свой член в мою задницу.
На этот раз не так больно, как раньше, я понимаю, вздрогнув, когда головка входит в кольцо мышц, и он продвигается вперёд на дюйм, его пальцы скользят по моему клитору. Я стараюсь не смотреть на Джексона, вместо этого смотрю прямо перед собой, на толпу по другую сторону стола, некоторые из них снова начали дрочить, наблюдая порнографическое зрелище, как Кейд трахает меня во все дырки. Девушка где-то поблизости вскрикивает, когда кончает, вздрагивая от руки своего парня, засунутой ей под юбку, когда Кейд наполовину засовывает свой член в мою задницу.
Я могу сказать, что ему приходится нелегко, вероятно, как для того, чтобы полностью погрузиться в меня, не кончая, так и для того, чтобы вообще это сделать. Он слишком большой для меня там, и я знаю, что он должен быть близко, он был чертовски твёрдым, когда я кончала, и он уже побывал у меня во рту и киске, заставил меня глубоко заглотить его и кончить на его член. Он, должно быть, борется со своим оргазмом, но в то же время снова подталкивает меня к нему. Я задыхаюсь, когда он входит в меня до конца, с содроганием удерживая себя там на мгновение... а затем начинает толкаться.
Я знаю, он долго не протянет. Его правая рука играет с моим клитором, в то время как он засовывает два пальца левой руки в мою киску, двигая ими туда-сюда, пока он вытаскивает свой член на несколько дюймов и засовывает его обратно в мою задницу.
— Кончи со мной, Афина, — выдыхает он, и я чувствую, как напрягаются мышцы его пресса, чувствую, как он изо всех сил старается сдержаться, слышу его стон, когда моя задница сжимается вокруг него ещё крепче. — Блядь, кончи для меня, моя малышка Сейнт.
Это доводит меня до крайности. Я не знаю почему, я не могу думать, не могу ничего делать, кроме как кончать, потому что я – сплошное удовольствие, сплошные ощущения, наполненная членом и пальцами Кейда, толкающимися, растирающими меня. Я кричу, хватаясь за край стола, моя спина выгибается, когда я чувствую, как Кейд снова с силой входит в мою задницу, и слышу его стон.
— Моя грёбаная киска, — рычит он, с силой погружая в меня пальцы, когда я сжимаюсь вокруг него. — Моя задница. Моя Сейнт.
Он снова стонет, содрогаясь всем телом.
— Блядь, я кончаю, я кончаю, мать твою, Афина...
Я чувствую, как он набухает и твердеет внутри меня, направляя свой заряд в мою задницу, чтобы присоединиться к Дину. Все его тело становится твёрдым, как скала, когда он подаётся вперёд, накрывая меня, его пальцы выскальзывают из моей сжимающейся, трепещущей киски. Тем не менее, пальцы его другой руки продолжают ласкать мой клитор, доводя меня до третьего оргазма, когда он трётся о мою задницу, извергая в меня свою сперму волнами, когда я широко раздвигаю ноги, чтобы прижаться к нему, выгибая спину. Его рот скользит по моей шее, покусывая и посасывая, и это только усиливает мой оргазм, когда мы жёстко кончаем, извиваясь друг против друга, вся кожа в поту и сперме, когда мы отрываемся друг от друга. Я забыла, что у нас есть зрители, забыла обо всем, кроме того, как это чертовски приятно. Я смутно думаю, что, если бы я знала, что долбанный Кейд будет таким, я бы, наверное, сделала это давным-давно.
Но, с другой стороны, возможно, это было так здорово, потому что я так долго боролась с этим.
Кейд задыхается, когда выходит из моей задницы, его сперма стекает по моим бёдрам, присоединяясь к сперме Дина, размазываясь по моей коже.
— Вы все это видели, — выдавливает он. — Она умоляла об этом, и я трахнул её во все дырки. Она, блядь, кончила, когда мой член был у неё в киске и в заднице. Вы тоже это видели. Она не кончила с Дином, ни разу. Она кончила, когда я, блядь, кончил ей в зад. А теперь посмотрите мне в глаза и скажите, что Дин Блэкмур выиграл эту гребаную игру.
В комнате воцаряется полная тишина. Я прислоняюсь к столу, и когда Кейд обнимает меня за талию, поднимая на ноги, я обмякаю в его объятиях, и все мои силы покидают меня.