— К счастью, к завтрашнему дню я больше не буду твоим похитителем, а ты — моей заложницей.
— Тогда кем мы будем?
Его плечи небрежно приподнимаются, но сухожилие на челюсти сводит от этого движения. Черт, рана. Надеюсь, она не порвалась, когда я кончала от этого умопомрачительного оргазма. — Я полагаю, к тому времени мы увидим, — шепчет он.
Я медленно киваю, мои глаза теперь сосредоточены на напряженном выражении его лица. Его челюсть крепко сжата, а между бровями пролегли едва заметные морщинки. — Ты уверен, что с тобой все в порядке?
Его руки обвиваются вокруг моих бедер, и он осторожно опускает меня на шезлонг рядом с собой. — Да, я в порядке. Я только злюсь, что не могу добиться еще нескольких оргазмов от этих соблазнительных губ. Если это действительно наше единственное время, то это кажется ужасной тратой времени.
Я ухмыляюсь ему как идиотка. — Как ты и сказал, я думаю, мы посмотрим, что произойдет завтра. — Проверяя вес своей лодыжки, я медленно поднимаюсь и, пошатываясь, бреду к своему собственному шезлонгу. Снова заворачиваясь в полотенца, я устраиваюсь на мягких подушках.
Антонио смотрит на меня через комнату и в его тлеющих радужках неописуемая тоска. — Buona notte, tesoro85, — бормочет он.
— Да, спокойной ночи. — Я заставляю себя закрыть веки, несмотря на беспокойство, рикошетом пронзающее мою грудь.
ГЛАВА 32
Утраченные причины
Серена
Что-то пробуждает меня от беспокойного сна, чувство, которому я даже не могу дать названия. Приоткрыв тяжелые веки, я переворачиваюсь на узком шезлонге и осматриваюсь по сторонам. Дымка сна все еще тяготит меня, и проходит минута, прежде чем воспоминания о прошедшей ночи всплывают на поверхность.
Черт. Я позволила Антонио трахнуть меня пальцами до беспамятства.
И, черт возьми, это было потрясающе.
Поворачиваясь лицом к главарю мафии, я чувствую, как мои щеки горят от смущения. Он перекатился на бок, отвернувшись от меня. Слава богу. Мне нужна минута, чтобы прийти в себя. Чертовски хорошо, что он был ранен, потому что, если бы не это, я бы сделала больше, чем просто кончила ему на пальцы. Я так сильно хотела его прошлой ночью. Dio, что со мной не так?
Мой взгляд останавливается на полотне татуировок на его спине, освещенных теплым сиянием восходящего солнца. У меня никогда не было возможности рассмотреть его так близко. Я не могу не смотреть на коллекцию произведений искусства, нарисованных чернилами вверх и вниз по твердым участкам его тела. Мне бросается в глаза самая крупная из них посередине — змея, обвившаяся вокруг кинжала, с каждой стороны рукояти которой свисают чешуйки. Под ней большими жирными буквами написано Lex Talionis. Моя латынь довольно дерьмовая, но этот девиз хорошо известен в нашем мире. Око за око, — это закон, по которому живут мои отец и дяди. Кому ты пытаешься отомстить, Антонио? Ответ прямо сейчас очевиден, но кто вдохновил на создание этой конкретной татуировки? Меня так и подмывает провести по темным линиям, но вместо этого я сжимаю пальцы в кулак.