Я пошёл к тому коридору откуда попал сюда с планеты. Явно он для пилотов. Всем проходящим говорил, чтобы подбросили на планету за девятьсот кредитов. Хотя, не всем... Второй уже согласился, и я вновь полетел на планету.
Глава 19
Глава 19
На планете. Недавно прошёл дождь с ураганом. Под палящим солнцем шло испарение лишней влаги. В разных местах валялся сорванный пластик и ветки. Я вдохнул воздух. Почему-то когда с планеты на станцию с искусственным воздухом прилетаешь, разницы почти не чуешь, ну, немного спёртый и всё. Как же наоборот, так тысячи запахов чувствуются, и настроение само повышается.
Все пошли в сторону администрации. Я же пошёл, подталкивая тележку с вещами, сразу на стоянку, мой бтр стоял практически у модуля охраны. Что-то не так. Точно, верхний люк вскрытый резаком. Причём, вскрыт безбожно. Ну-ка, ну-ка. Точно, одного диагноста, и двух ремонтных нет. Я пошёл разбираться.
–День добрый, – сдерживая злость, которая рвалась наружу, вежливо спросил я.
–Чего ему быть добрым? – ответили мне.
–Ребята, объясните, пожалуйста, почему моё транспортное средство вскрыто. И пропали некоторые вещи.
–Ничего не знаю. Так всё и было. Ты уже вскрытый сюда поставил.
–Ладно. Я так понимаю, ты сейчас при исполнении, – вспоминая законы, спросил я.
–Да, и не скоро сменюсь, А сменюсь, меня друзья встретят.
–На твоих друзей мне начхать, хотя не, они мне тоже нужны. Ты бы один не вытащил бы дронов.
Тут я заметил на стене, висевшую не к месту нерабочую информационную панель. За ней явно надпись какая-то, вон первые буквы выглядывают. Я подошёл к панели, охранник попытался меня остановить, дотронувшись до плеча. Вот тут я в своём праве, с разворота ударяю в печень левой, как учил Сэнсэй костяшками мизинца и безымянного, по лицу так не стукнешь, а об печень эти костяшки не сломаешь, но удар действительно лучше заходит. Охранник осел. Не переборщил ли я. Да не, отдышится. Убираю панель, под ней контакты дежурного по смене, и если есть какие вопросы, просьба связаться с ним.
Расселся в кресле охранника, набрал номер. Объяснил ситуацию. Посмотрим, как отреагируют. А то дождусь конца их смены, им же хуже будет.
Мнут через десять подъехал настоящий бронетранспортёр на колёсах. С него выскочили десять хорошо упакованных бойцов с эмблемами дружины барона. Двое забежали в модуль, где сидел очухавшийся охранник. Остальные рассредоточились по периметру. Зря, наверное, я в это ввязался.
Старшой подозвал меня.
–Пойдём, покажешь и расскажешь.
Чувствуя себя ябедой, я рассказал ещё раз, сколько заплатил за охрану, как вскрыли, и что утащили. Старшой выслушал, полез, осмотрел, рез. Убрал полог, присвистнул.
–Это чьего производства такой бронетранспортёр? Ствол знакомый, а машину не узнаю.
–Моего это производства.
–Ты что, к такому стволу допуск имеешь? Не ты ли это недавно стрелял? Недели три назад.
И он пристально стал вглядываться мне в глаза. Врать тут вредно, значит, расскажем почти правду.
–Не, ствол поломанный нашёл, восстановил, что смог. На нём много чего не работает, главное, компенсатор отдачи не работает. И да, пальнул разок для проверки.
–И что, твой бтр не развалился?
–Развалился.
Тут шестёрка бойцов, держа охранника за шиворот, запрыгнули в свой бронетранспортёр, и он сорвался с места и уколесил вдаль.
–И как же ты сюда добрался?
Вопросы задаёт правильно, вроде, беседа простая, а ведь выпытывает информацию, и не соврёшь тут, только хуже будет. Ложь, она как снежный ком только нарастает, явно особист. Против него либо чуть приврать можно, но лучше не договорить.
Я показал на нашивку ремонтника у себя на рукаве:
–Дронов, какими восстанавливал бтр, как раз спёрли.
–А что, поговаривают, ты и привязку с оружия снять можешь?
Опасные вопросы… Я улыбнулся. Хотел сказать, что ещё не видел, чтоб её кто-то мог снять. Но осёкся. Видать-то я как раз видел.
–У меня не получалось ни разу.
Он заметил мою заминку:
–То есть попытки были? Даже если знал, что это не совсем законно.
–Конечно, были, технический интерес, он как червяк покою не даёт.
–И как, успешно?
Тут просто недосказать.
–Ну, как сказать, если лежать дергаться десять часов в луже мочи, то можно сказать и успешно.
Старшой заулыбался.
–Можно твой игольник посмотреть?