Так тест закончил, нетерпится что-нибудь раскурочить.
–Остроухая?
Так и знал! Вылетел на улицу, где? Набираю сообщение «ты где?»
«На речке, идём сюда, смотри, как я умею».
«Смотри, как я умею» мне знакомо и очень не нравится, я бегом полетел к речке.
Точно, нагишом сидела на антенне, которая торчала посредине реки.
–Остроухая, зая моя, что тебя туда занесло? Ты плавать то толком не умеешь. Как ты вообще попала туда?
–Я всё рассчитала, я зашла в воду выше по течению, и как раз пока сюда доплыла, течение снесло меня до антенны. Правда, классно? Я ведь посчитала скорость течения, массу моего тела, сопротивление среды. И у меня всё получилось.
–Классно, а ты рассчитала как вернёшься оттуда? Ты не подумала, что пока будешь плыть оттуда, тебя течение снесёт до агрозоны ближайшего корабля? Да и вообще, ты думала, как течение поборешь?
–Ой, кажется, я об этом не подумала.
–Ладно, жди, я сейчас.
Не снимая комбинезона, я поплыл к ней. Подплыл вплотную.
–Ну, давай сама, я подстрахую.
Остроухая прыгнула в воду, но плавая по-собачьи, с течением больно то и не поборешься. Она очень быстро начала хлебать воду.
–Не бросай меня... бруль… я больш… бруль...
Я подхватил её сзади и начал выгребать, было сложно. Легче, конечно, чем первый раз, но всё же устал. Не было бы комбинезона с его плавучестью, ушёл бы ко дну.
Развалился на берегу, даже всё равно было на наготу Остроухой.
–Я не подумала, я больше так не буду.
Вот даже лень было что-то говорить. Это «больше не буду», по-моему, как слово паразит у неё в словаре. Она его произносит, даже не задумываясь и не замечая.
–А…
Я лениво махнул рукой, такой настрой сбила. Одевайся, пойдём, раскурочим что-нибудь.
Пошли к звездолёту, где точно помнил, был дрон вполне солидных размеров, это такой шестиногий паучок с запорожец размером. Добрались довольно быстро.
После первого же взгляда понял - производство арварское, дрон-погрузчик. Маркировку нашёл быстро, ещё быстрее провёл диагностику. Дрон не запускается? Проверьте топливный стержень. Открыл защёлки топливного отсека реактора. Дудки стержня нет, пусто. Где брать?
–Остроухая, ну-ка скажи, ты не помнишь, нам нигде топливные стержни не попадались?
–Вроде, пару раз видела кейсы из-под них, а вот полные они или пустые не знаю.
–А где?
–Не помню.
–Умеешь ты обрадовать, пошли тогда смотреть всё заново.
В этом корабле стержней не было, пошли к следующему, и вот уже почти дошли.
–Кажется, в ракетах должны быть. Их на хранении отдельно держат, снаряжая непосредственно перед заряжанием, чтоб саморазряд их не уничтожил.
Я развернулся на сто восемьдесят градусов.
–Пошли обратно. Могла бы и раньше вспомнить.
Пришли в уже ставший домом кораблик. Открываю контейнер, сбоку лежит кейс топливного стержня. Приподнимаю, тяжёлый. Отщелкиваю. Целый! На радостях обнял Остроухую, поцеловал в щечку.
–Зая, я тебя люблю.
–Я это на видео записала. Случай чего, не отвертишься.
–Да ладно, живём, - потряс я кейсом с топливным стержнем.
Так-то в Содружестве единый стандарт, но эти стержни делятся на четыре класса. Первый самый маленький, для мелких дронов и оборудования. Вернее, не так, совсем мелкие дроны не имели своего реактора, были на аккумуляторах. Вот дроны, которые имели размер выше пояса человека, были оснащены собственным реактором. И как раз туда нужны были стержни первого класса. Это пруток три сантиметра в диаметре и длинной всего пятнадцать сантиметров. Вот такой сейчас и был у меня в руках. Тот же дрон, которого я осматривал, требовал стержень второго класса. Шесть сантиметров в диаметре и длинной в двадцать пять сантиметров. Вроде проблема, но не отчаиваюсь, значит, малых дронов поищу.