–Ты тему не переводи. Я и так знаю, что это Лер. Почему ты её целовать собрался?
–Нравится она мне, - решил добавить чуть масла в огонь.
–А я тебе нравлюсь?
Наш разговор прервало далёкое блоп- бдыщь бух за горизонтом.
–А вот твой деда на подходе, через пару дней будет.
–Дня три, - автоматически поправила она меня.
Так, а мне Шаманке написать нужно.
–Привет.
–Привет.
–Дня через четыре прибудет экспедиция.
–Уже?
–Я что тебе пишу, идентификатор просто так не отдавай. Миллионов десять проси, да хоть сто, в принципе, им деваться некуда, заплатят. И чтоб пожизненно мэром твоей деревни тебя назначили, чтоб сам барон назначил. Тут поселение нужно им будет обязательно. Оно только разрастаться будет.
Сам я не мог дать идентификатор, на мне стаяла только метка «свой – чужой». А вот прибор который мог выдавать эти метки был только у шаманки.
–Может, зайдёшь?
–Не могу.
–Всё-таки девка тебя охмурила.
–Не начинай, уже сколько раз говорили на эту тему.
–Всё, пока.
Я поднял глаза. На меня в упор смотрела Остроухая и ухмылялась.
–Сейчас точно с Шаманкой переписывался.
–Пошли лучше, поезд осмотрим.
Остроухая предложила оставить её долю здесь. Это шесть контейнеров. Она уговорит деда, как их продать.
Ещё шесть мне нужно было утянуть в Южный посёлок. Сам ремонтный бот я загрузил сверху на самосвал. Дальше шла волокуша, на которой располагались два контейнера. Дальше шли связанные между собой три больших гравиплатформы, на которых было по одному контейнеру. И замыкали паровоз две маленькие платформы, на которых стоял один контейнер. На сам самосвал я сверху приварил абордажного бота, с которого срезал манипуляторы, оставив стволы и рельсу. Бот мне не подчинялся. Поэтому и срезал манипуляторы, чтоб не навредил, и оружие разрядил. Сейчас он грозно вертел стволами в разные стороны. Гопоту точно напугает. А если не напугает, рядом приварил единственную слушающеюся меня малую турель, которую срезал с потолка. Остальные пять макетов турелей, даже не шевелились, но были установлены на контейнерах для антуражу.
Единственное неудобство, это в каюту теперь приходилось залазить по откидной лесенке. Бот ремонтный, в котором каюта была, в кузов перекочевал. Грузил то я его туда, тоже пару патентов получить можно. Сначала двумя погрузчиками задрал бот. А потом подъехал под него на самосвале, потому что погрузчики его поднять осилили, а вот переместить не могли.
–Ну что, может, навстречу сходим. Тут вроде коридорчик как раз на север есть.
–Пошли, а то скучно сидеть. Только завтра.
Вечерние тренировки сильно изменились, они теперь проходили в основном во сне. Я ложился на кровать и сразу вырубался, переходя в какую-то виртуальность. Тут я отстреливался от гуманоидов арханоидов и различных дронов и турелей. Я теперь знал, куда пробьёт мой игольник турель. Правда, её нужно было кем-то отвлекать. Так она была быстрее меня. Так же знал уязвимые места скафандров. Проходил и спарринг без оружия, либо с холодным оружием, очень нравилось фехтовать. По времени эти тренировки занимали куда больше чем полчаса, но Сэнсэй говорил, что два раза по пятнадцать минут идет тренировка в фазе быстрого сна. Поэтому сонного времени как несколько часов проходило. Но прибавилась очень неприятная деталь, когда меня прошивала игла или протыкал шпагой Сэнсэй. Боль была настоящая и я, подпрыгивая на кровати, орал не своим голосом, просыпался, долго держа проткнутое место, пока не исчезнет фантомная боль, и не пойму где я нахожусь. Остроухая ругалась на меня, что я задолбал её своими кошмарами. Я же отвечал, что меня поллюции мучают от её поведения. Как только засыпал, бой продолжался. Когда меня убивали несколько раз за ночь, я не высыпался. Хотя убивали меня во сне не каждый день. Утренние же тренировки перевести в сон Сэнсэй отказывался и долбил меня током, чтобы я глупые вопросы не задавал. На вопрос, не привыкну ли я к разрядам, он ответил, конечно, привыкну. И что гражданским станером меня уже не возьмёшь. Вот ещё побьёт меня с полгода, там глядишь и полицейский переживу. И что палкой тоже он меня не просто так лупит, чтоб я от резкой боли не терялся.
Вот и в это утро проснулся я за несколько секунд до подъёма, обнимая тёплое тело и рукой сжимая упругую грудь. Остроухая пошла ва-банк. И ведь получилось бы если бы не…
–Рота подъём!
Я, перелетев через остроухую, влетел в комбинезон и кубарем слетел по лесенке, забыл, что бот в кузове. Ладно, опять надулись подушки безопасности вокруг головы, иначе шею бы свернул.