— Утёсы. Он на утёсах, — прошипел он.
Снайпер уже занял позицию для стрельбы вниз по приближающимся силам с высоты и переместился из положения лёжа в сидячее, которое позволило бы ему найти свою новую цель на утёсах выше.
Ночная оптика была хороша, но с расстояния было почти невозможно отличить неподвижную закамуфлированную фигуру от зазубренного склона горы.
Там! Васильевич увидел лёгкое движение на неподвижном фоне.
— Пятьсот метров. На полпути вверх по скалам! — крикнул он снайперу, чтобы убедиться, что тот знает, куда стрелять.
Васильевич направил свою M4 на новую цель, лазеры заплясали в и вокруг места движения, и открыл огонь.
Сердце Риса упало, когда его последняя ракета выпала из виду, ударившись о скальную стену и упав в темноту внизу.
Он увидел дульные вспышки. С глушителями они были не так заметны, как без них, но их было достаточно, чтобы Рис разглядел их в темноте. Он вспомнил первые дни в Афганистане, пулемётчики стреляли без глушителей по окопавшейся вражеской позиции. Он вспомнил, как стволы Аль-Каиды развернулись на яркие вспышки света от 5,56 и 7,62 пулемётов. Голова человека справа от него взорвалась…
Рис знал, что должен сменить позицию после первых выстрелов, тем более что теперь он потерял элемент внезапности и враг его засёк, но он остался на месте. Он подозревал, что вражеские ИК-лазеры были пристреляны на дальность двадцать пять ярдов до точки прицеливания, точки попадания — кардинальная ошибка. Проще говоря, это означало, что лазеры попадали бы в то, на что целились, если бы эта цель была в двадцати пяти ярдах. Он также знал, что с ними был снайпер. Одиночный выстрел, попавший в его бронежилет, был сделан не из 5,56-мм оружейной системы. Если бы снайпер уже держал его на мушке, он был бы покойником.
Устроившись обратно за своей винтовкой, Рис сделал вдох и выдохнул. Он увидел дульную вспышку автоматического огня из M4 с глушителем и заметил его неэффективные попадания слева от него. Он искал снайпера.
Рис знал, что у него есть преимущество. Он уже уложил цели и был идеально пристрелян на эту дистанцию, угол и превышение, и он знал поправку на ветер. Его противник примет все эти факторы во внимание, но ещё не подтвердил это выстрелом. Если бы русский снайпер промахнулся, он бы внёс поправку и не промахнулся бы снова.
Одиночная вспышка в трёх метрах левее ствола автоматического оружия зарегистрировалась в мозгу Риса. Он прикинул от этой вспышки назад, где должна быть голова стрелка на прикладе дальнобойной винтовки, и нажал на спуск.
ВАСИЛЬЕВИЧ УСЛЫШАЛ, как выстрел из крупнокалиберного оружия эхом разнёсся по стенам каньона, и увидел дульную вспышку как раз в тот момент, когда голова его снайпера дёрнулась назад и в сторону от его «Чукавина», а тело его рухнуло неестественной кучей.
Не глядя обратно на утёс, Васильевич вскочил на ноги и отступил в темноту.
ГЛАВА 77
СНЕГ ХРУСТЕЛ ПОД НОГАМИ, его ПНВ запотевали от напряжения. Он спотыкался, падал, снова вставал и шёл вперёд. Если бы только он мог добраться до домика. Отчаянные радиопереговоры Васильевича оставались без ответа. Сергей никогда не пользовался радио; он презирал все атрибуты современного мира, а директор был на охоте, сосредоточенный на своём новейшем приобретении — американце, чью сестру он убил несколькими днями ранее.
Что это? Отчётливый звук революционного изобретения Михаила Калашникова эхом разнёсся по лесу. Он был слишком далеко, чтобы быть направленным на него. Возможно ли, что один из его людей пережил столкновение? Его контракторы несли M4. У кого на острове был АК? Затем он услышал это снова. И снова. Затем его осенило. Американцы всаживали пули из АК в мёртвые тела его людей.
Теперь Васильевич знал, что такое быть добычей. Его отряд был разгромлен американцами. Он слишком привык к ночному видению и лазерам, зная, что их противник не будет иметь преимущества в технологиях после удара ЭМИ. Он стал самоуверен, на родной земле, с преимуществом внезапности и техническим превосходством владения ночью.
Американцы заставили их заплатить за их самонадеянность.
Он знал, что они забрали шлемы и приборы ночного видения его отряда, вероятно, их снегоступы и оружие с ИК-лазерами.
Если бы только он мог добраться до относительной безопасности комплекса Александра, он мог бы связаться с российскими военными через залив в Петропавловске-Камчатском или Авачинской бухте и запросить подкрепление. С оружием в домике, он, Александр и Сергей могли бы сдерживать захватчиков до прибытия помощи.