Джонатан только успел выдвинуть стул для Кэти, как через газон подошли Рейф и Анника.
— Кэти, позволь представить тебе моих друзей, Рейфа и Аннику Гастингс.
Она встала, пожимая руку Рейфу. — Очень приятно познакомиться с вами обоими. Я так много о вас слышала.
Анника тепло обняла её.
— Мы просто рады, что ты реальна, Кэти. Я уж начал думать, что ты плод воображения Риса, — сказал Рейф с усмешкой.
— Обещаем не пугать тебя до смерти, Кэти, — добавила Анника, толкая мужа локтём в бок.
— Пожалуйста, садитесь все, — сказала Кэролайн, занимая своё место на дальнем конце прямоугольного стола от Джонатана.
Обе молодые пары сидели рядом друг с другом, расположившись так, чтобы женщины могли болтать на одном конце стола, а мужчины — на другом.
Джонатан и Кэролайн подавали еду порциями, каждую с подходящим вином. Рейф пил умеренно. Открытие сезона охоты с луком было завтра утром, и ему предстояла работа. У Риса и Кэти таких обязательств не было. Они оба присоединились к торжеству с Торном, Лиз и старшими Гастингсами, наслаждаясь прекрасными южноафриканскими винами.
— Не бойтесь попробовать мой знаменитый острый соус, — напомнил Джонатан остальным. — Идёт ко всему.
— Не верьте ему, — предупредил Рейф. — Он делает его из домашних перцев-призраков. Если вам дороги вкусовые рецепторы, держитесь подальше.
Разговор был лёгким и радостным, значительная его часть вращалась вокруг юмористических историй из юных дней Риса и Рейфа.
— Кэти знает о твоём безумном аляскинском приключении, Рис? — подначивал Джонатан.
— Ах, кажется, я ещё не упоминал об этом, — ответил Рис.
— Аляскинское приключение? — спросила Кэти.
— Ага, сколько времени заняла эта безумная выходка? — поддел Рейф. — Три месяца, верно?
— Шестьдесят четыре дня, — ответил Рис, грозя пальцем другу.
— О, расскажи-ка, — настаивала Кэти.
— Я расскажу, — встрял Джонатан, вечный рассказчик. — Твой кавалер, Кэти, решает, что перед отправкой в учебный лагерь он хочет провести некоторое время на Аляске. У его отца, Тома, упокой Господи его душу, была избушка траппера в тартарары на севере, так что Рис имел некоторое представление о суровых условиях, но он, конечно, хотел вывести всё на какой-то чертовски новый уровень. Он решает, что пройдёт пешком, сколько там было, Рис, через ледник Талкитна?
— Почти, — улыбнулся Рис, покосившись на Кэти.
— Не важно, — продолжал Джонатан. — Этот дикий парень решает, что он отправится в аляскинскую глушь, один, перейдёт ледник Талкитна, к, эм, какой там реке? Неважно, к какой-то ледниковой реке, а затем сплавится на каяке к океану.
— На каяке? — спросила Кэти. — Где он собирался взять каяк посреди глуши
— Ха! Вот это лучшая часть, Кэти, — продолжал Джонатан. — Он тащил его за собой по снегу.
— Ты сделал что? — спросила Кэти, снова поворачиваясь к Рису.
— Ну, я привязал его к себе так, чтобы если я упаду в трещину, каяк должен был проскользить надо мной и я бы повис внизу. Тогда я просто поднялся бы по верёвке и продолжил.
— По верёвке? — спросила Кэти.
— Зажимы. Позволяют подтягиваться по верёвке. Можно использовать и короткий конец верёвки, чтобы сделать свои.
— И что самое лучшее, — сказал Джонатан, возвращаясь к истории, — это было до сотовых телефонов, спутниковых телефонов и постоянной связи на расстоянии. Он говорит нам и своим родителям, что вернётся через месяц. Шестьдесят четыре дня спустя он приплывает на каяке в залив Кука ничуть не хуже, разве что выглядит как бродяга.
Рис пожал плечами. — Это была неплохая тренировка перед BUD/S.
— И это был не конец, — продолжал Джонатан. — Этот горный человек затем продаёт свой каяк для бурной воды и альпинистское снаряжение, покупает морской каяк и проводит месяц, перепрыгивая с острова на остров по всему проливу Принца Уильяма.
— Что же ты ел? — спросила Кэти.
— Я тащил за собой в каяке много основных продуктов, картошку и рис, и охотился и рыбачил по пути для белка. У меня был маленький 22-й калибр в каяке, который я использовал для белок и бобров, и нахлыстовая удочка для форели и арктического хариуса. А в проливе я троллил с каяка лосося.
— Удивительно, что ты не умер с голоду. Помни, я видела твои рыбацкие способности, — пошутила Кэти.
Смех почти не смолкал за столом, у Джонатана находилась забавная история обо всех присутствующих.
Когда ранний вечерний ужин подошёл к концу и температура воздуха стала падать, мужчины переместились к костру, а женщины ушли в дом. Торн набил трубку, зная, что его друг предпочёл бы самокрутку со свежим табаком, но при Кэролайн, которая была так близко, он не осмеливался. Когда старые боевые лошади начали обсуждать свой план на завтра, Рис и Рейф отошли на несколько шагов, Рейф не желал, чтобы запах табака негативно повлиял на завтрашнюю охоту.