Но граф уже взял свои чувства под контроль.
– Что же ты стоишь, Генри? Для тебя приготовлена лучшая комната!
Лота появилась в сопровождении миловидной девушки-служанки в скромном синем платье.
– Герда,- служанка присела в реверансе,- проведет тебя. Надеюсь, ты не слишком долго? Я буду ждать внизу. Кстати, ты уже познакомился с Жаном? Правда, он очень… – она помедлила,- очень интересный?
– Г-г…
– Где я его нашла? – В голосе Лоты появилось легкое напряжение.- Скорее, это он меня нашел. В какой-то момент Жан решил, что будет служить мне. Я не смогла отказаться.
– Он…
Генри не стал договаривать и просто указал пальцем на свою шею.
– Ах да, он не должен быть живым! Но это сущие мелочи, поверь, не стоит внимания. Когда вы познакомитесь поближе, он тебе понравится. А теперь иди! И ты тоже, Дакота. Генри, комната для твоего слуги напротив твоей. Раньше там жил учитель фехтования, с которым занимался мой муж.
– И г-г…
– Где он теперь? Муж выгнал его, как только сумел одолеть три раза подряд. Забавно, но мастер де Ваан продержался на целый месяц дольше предыдущего учителя…
Характер ее мужа мне понравился.
К тому же это дополнительная причина, чтобы выбросить из головы нескромные мысли по поводу кузины графа Тассела. Все равно ничего не могло быть – как благодаря разделяющему нас статусу, так и благодаря паучьему проклятию. Не хватало мне еще повторения того, что случилось в борделе…
– Идите же! – распорядилась Лота.
Тассел улыбнулся и начал подниматься наверх. Я последовал за ним, радуясь грядущему избавлению от тяжеленных сумок графа. Моя комната оказалась не такой уж и маленькой (для комнаты слуги, конечно). В ней было окно, которое я тотчас изучил самым тщательным образом. Свинцовую ленту, прилегающую к раме, оказалось нетрудно отогнуть при помощи ножа, а архитектурные особенности фасада предоставляли прекрасную возможность цепляться за них пальцами. Конечно, обычному человеку, не имеющему должной подготовки, взобраться по голой стене особняка нечего и думать. Впрочем, обычные люди окнами в качестве дверей и не пользуются, не так ли?
Под окном начинался сад, тянущийся до самого забора, Отличная штука, чтобы скрытно провести к дому небольшой отряд наемников. А веревка, сброшенная ловким человеком из окна, позволит им пробраться в особняк незамеченными.
Муж баронессы Хантер просто молодец, что так вовремя уволил своего преподавателя фехтования!
Предательство (если понадобится) тех, кто тебе доверял,- это тоже оружие, которым в совершенстве должны владеть Тотемы, слуги Сагаразат-Каддаха, великого Звере-мастера.
Впрочем, насчет доверия – это лишнее. Сомневаюсь, чтобы Генри Тассел доверял мне хотя бы на йоту. Не такой уж он простак.
Исследовав оконную раму с помощью Тотема, я убедился в отсутствии охранных заклинаний. Просто замечательно! Я аккуратно прикрыл окно и, действуя ножом, постарался вернуть свинцовую ленту на место, после чего закончил изучать комнату. Кровать не скрипела, толщина матраса превышала два пальца, а ночная ваза была чисто вымыта и не воняла.
Большего и не требовалось!
Убранство комнаты меня интересовало меньше всего. Оставив на столе лишний пистолет, а также рожок с порохом и мешочек с пулями, я вышел из комнаты. Надо помочь Генри Тасселу спуститься вниз. Слуга я, в конце концов, или не слуга?
Ждать пришлось долго, но наконец граф появился – одетый в новый синий камзол с серебряной вышивкой; без шпаги и пистолета, волосы тщательно уложены. Он надушился, как подобает утонченному аристократу, и теперь изрядно напоминал обычного городского хлыща. Впрочем, на счет своего хозяина не обманывался. Несмотря на мягкие черты лица, на контузию и дрожь в руках, несмотря даже на незавидные приключения в поезде, Генри Тассел далеко не был дешевым франтом. Впрочем, до отчаянного авантюриста он тоже не дотягивал. Пока?
Обитателей в особняке Хантеров оказалось немного для такого большого дома. Даже если считать непонятно куда исчезнувшего Жана-Половинчика. Хозяйка поместья Лота. Аппетитная рыженькая «тетушка» Кларисса. Сия полногрудая дама одновременно успевала распоряжаться за столом, покрикивая на служанок, и кокетничать со всеми мужчинами сразу. Костлявый тип с вытянутым, как у лошади, лицом. Одет он был небрежно, если не сказать неряшливо, и напоминал скорее бедного ученого, невесть как затесавшегося в компанию аристократов. Однако, судя по властным манерам и той неподражаемой ловкости, с какой он управлялся со столовым серебром, случайным гостем его считать не стоило. Феррин, так обращалась к нему Лота. Барон или граф Феррин, надо полагать.
По правую руку от Лоты (место по левую предназначалось моему графу) сидел коренастый дворянин в малиновом камзоле. Он выделялся среди присутствующих благодаря мощным плечам, длинным рукам, развитую мускулатуру которых не могла скрыть даже одежда, и короткой стрижке на военный манер. Несмотря на кружевные манжеты, подметающие стол, я разглядел белые полоски шрамов, боевой вязью покрывавшие кисти его рук. История поединков выглядела ничуть не короче, чем моя собственная. Позади коренастого, на спинке кресла, висела перевязь со шпагой и кинжалом. Клинки были с открытыми гардами, что давало больше свободы руке фехтовальщика, позволяя делать сложные перехваты и активней работать запястьями, но одновременно лишало пальцы и кисти дополнительной защиты.
Это не просто опытный боец, не завзятый дуэлянт. Нет! Более опасная и хищная рыба. Профессиональный убийца на страже интересов семейства. Едва мы с Генри вошли, мужчина в малиновом камзоле поднял взгляд. На графа он почти не обратил внимания. Только едва заметно кивнул да приподнял уголки губ в приветственной улыбке. Другое дело я. Меня обладатель малинового камзола буквально пронзил взглядом. Внимательные глаза высокородного убийцы обежали меня с ног до головы: сняли мерку с ширины моих плеч, объема грудной клетки, величины роста, длины рук и ног. Этот взгляд был одновременно предупреждением и угрозой: не нравится? Попробуй это озвучь!
Я опустил глаза, отказываясь принимать вызов.
Пятеро господ.
Плюс прислуга – две служанки (одну из которых, Герду, я уже видел) и подтянутый седовласый мужчина в расшитой серебром ливрее, по виду не то дворецкий, не то мажордом.
Восемь человек.
Плюс повар на кухне. Плюс садовник, который непременно должен ухаживать за садом, явно в запустении не пребывающем. Конечно, это может быть наемный работник, но лучше посчитать его сразу, чтобы не ошибиться. Плюс привратник. И наконец, плюс таинственная личность – Жан-Половинчик.
Итого двенадцать человек.
Двенадцать трупов, если придется брать особняк штурмом.
– Генри, -улыбнулась Лота.-Ты, верно, проголодался, кузен! Слугу можешь отпустить, пока здесь мессир Флэшер,- человек в малиновом камзоле почтительно склонил голову,- нет нужды в лишних ножах и пистолетах.
Граф Тассел улыбнулся и, повернувшись ко мне, протянул руку. В пальцах блеснуло серебро.
– Д-держи! Об-бнов-вишь с-свой г-г… г-г-ггг…
– Гардероб, милорд. Как прикажете, милорд. Я больше не буду вас позорить своим недостойным видом, милорд
Мы все больше вживались в роли слуги и господина. Кстати, в связи с этим… Интересно, серебро – в счет будущего жалования или от графских щедрот?
– Если ты голоден, Дакота, иди на кухню. Ива,- вторая служанка, на пару лет моложе Герды, чуть присела, прихватив пальчиками края платья,- накормит тебя.
– Благодарю, миледи. Я воспользуюсь вашим гостеприимством сразу по возвращении из города.
– Не забудь свои дорожные бумаги. Ищейки из Второго департамента так и рыщут вокруг в поисках смутьянов и саботажников,- не отрываясь от разделки фаршированного перепела, сказал Феррин.- А один твой вид, обезьяна, достаточный повод для того, чтобы сделать тесную тюрьму Наола еще теснее. И смотри не покупай ничего алого! Не то сильно пожалеешь.