— Подъем! — воскликнул я, вскрывая магией воздуха еще одну клетку и выпуская на волю кучу мини-пони-кошачьих существ. — Будьте свободны. И убивайте — убивайте своих похитителей! Убейте их всех!
Наша схема была эффективной, клетки открывались снова и снова, пока коридор не наполнился бегущими существами. Я бежал вместе с ними, подпрыгивая и кружась на ходу, такой же величественный, как и волшебные животные, с которыми я танцевал. Свернув за угол, мы увидели, что в нашу сторону бежит шеренга охранников, из которых вырываются крики тревоги, когда стадо животных несется галопом.
Крылатые обезьяноподобные существа набросились на первого охранника, визжа и царапая его лицо. Следующего сбил рогатый тигроподобный зверь, а последний встретил мою ярость: огонь вырвался из меня, охватив голову женщины и поглотив ее целиком, пока она не исчезла без следа.
Итан принялся открывать новые клетки, и я помогал ему, сосредоточившись на своей воздушной магии. Я направил ее спиралью по узкому коридору, срывая двери с петель, чтобы освободить наших новых друзей.
Вороноподобное существо закаркало у меня на плече, и я ответил тем же, следуя за стайкой кроликоподобных существ к следующему повороту. Коридор, в который мы вошли, был темнее, а клетки — больше. Из них на нас смотрели крупные, опасные твари с голодными глазами и острыми зубами.
— Только не эти, — сказал Итан, поймав меня за руку.
— О, но это убийцы урожая, — промурлыкал я. — Они так хорошо отражают наши души. Мы не можем оставить их здесь гнить.
Я остановился перед медведеподобным существом с рогами и изогнутыми клыками, свисающими из пасти.
— Это медведь-корлаш, — предостерегающе вздохнул Итан, предупредив меня, что это животное смертельно опасно.
Оно предупреждающе зарычало на меня, и меня пробрала дрожь.
— О, да, — прошептал я. — Я бы не оставил тебя здесь в темноте, новый друг. — Я сломал замок на его клетке, широко распахнув ее и отступив назад.
Итан крепче вцепился в мою руку, оттаскивая меня в сторону, когда медвежье существо вышло на свободу, обнюхивая воздух и оценивая нас двоих. Он возвышался над нами обоими, его глаза горели яростью, но он не обрушил ее на нас. Между двумя чудовищами промелькнуло понимание. Он повернулся и помчался по коридору, а я взорвал еще несколько клеток, позволив более крупным зверям бежать за ним, зверям с когтями, клыками и дикими потребностями, которые будут выпущены на злобных фейри, затаившихся в этой адской дыре.
— Уайлдер, — раздался голос позади меня, и я обернулся к Итану, обнаружив клетку, которую пропустил. Большую. В ней было темно, как в яме смерти, и я подумал, не поглощает ли то, что в ней находится, свет вокруг.
Я вглядывался в темноту, мурашки бегали по коже, когда я искал внутри монстра, который знал мое имя. Он сделал выпад: волосатая рука с когтистой кистью просунулась ко мне сквозь решетку и ударилась о мой воздушный щит. Я увидел его лицо, когда он вышел из мрака, — это громадное существо, похожее на йети, только еще хуже. Гораздо хуже, с его шишковатым лицом и длинными конечностями. Но я знал его черты, узнавал их из глубин своего разума.
— Густард? — Итан замялся, тоже узнав его. — Что с тобой случилось?
Если это случилось с Густардом, то что, черт возьми, произошло с нашим мальчиком-львом? Я окинул взглядом окружающие клетки, но нигде не обнаружил йети-Роари, и это было хорошо. Если только это не было плохо.
— Шэдоубрук, — шипел Густард, не сводя с него глаз. — Открывай. — Казалось, он способен произносить только одно слово за раз, и голос его тоже изменился — стал глубоким и рычащим, словно принадлежал животному, а не фейри, хотя выглядел он так же злобно и извращенно, как и всегда.
— Открывай! — прорычал он, сотрясая прутья клетки.
Я потянулся к ней, но Итан отбросил мою руку, и я надулся на него.
— Он заслуживает того, чтобы сгнить там за то, что он сделал с Розой, — прорычал Итан.
— Я знаю, — сказал я, возвращая взгляд на Густарда. — Я всего лишь хочу сделать его жизненное пространство менее комфортным. — Я коснулся прутьев, согнув их с помощью магии воздуха и раскалив докрасна, и они прогнулись, заставив Густарда застонать в агонии.
— Похоже, наказание смертью настигло тебя в живом мире, Гусси, — прошипел я. — Ты сгниешь здесь. Сгниешь, как яблоко в колодце, и никто не будет тебя искать.
Я еще раз осмотрел помещение на случай, если Роари притаился в углу, но его не было видно ни здесь, ни где-либо еще.