В море было полно отступающих фейри, их суда быстро уходили в океан, спасаясь от той бойни, которую мы принесли к их дверям.
Из комплекса у нас за спиной раздался яростный рев, и Итан повернулся, чтобы посмотреть на него, поднял руку в воздух и сжал ее в кулак.
В одно мгновение комплекс рухнул сам на себя, словно рука какого-то гиганта вырвала его из небытия. Пламя взметнулось к луне, кирпичи и балки обрушились, и небо озарилось оранжевым светом.
Мы продолжали бежать, наша группа мчалась обратно на лодку, моя рука ни на секунду не ослабляла хватку Роари, когда я тащила его на борт.
Син перерезал привязь, удерживающую нас на причале, и Итан вместе с ним спустил нас на воду.
Я смотрела на горящие обломки комплекса, когда он скрылся из виду, и в горле у меня встал комок, когда из пепла вырвалась огромная фигура, яростно вопящая в небо.
Но мы были уже слишком далеко, чтобы Густард мог нас настичь, и, когда остров Гримольд скрылся вдали, я наконец позволила себе снова вдохнуть.
Я повернулась лицом к Роари: меня пронзила боль от безнадежного выражения его лица, и, встретив мой взгляд, он вздрогнул.
Роари опустил голову, пытаясь вырвать свою руку из моей, и отступил на шаг к каюте в центре лодки.
— Не смей больше убегать от меня, Роари Найт, — прорычала я, повторяя каждый его удаляющийся шаг.
Он двинулся обратно в каюту, и я последовала за ним, ни разу не отпустив его и захлопнув дверь, чтобы мы могли уединиться.
— Роза, — прохрипел он, и я ринулась вперед, страстно целуя его, заставляя его не делать ничего, кроме как чувствовать правду моей любви к нему в простом прикосновении моих губ к его.
Слезы прорвались наружу, их соль заструилась между нашими ртами, и его руки медленно скользнули вокруг меня, обхватывая мою талию и крепко прижимая к себе.
— Ты мой, Роари Найт, — сказала я этим поцелуем. — Моя любовь к тебе выдержала стены Даркмора. Она сохранилась в годы, разлучившие нас, и росла с каждым мгновением, проведенным в твоих объятиях. Не смей теперь пытаться отгородиться от меня. Лев ты или нет, но ты мой. Ты понимаешь это?
Я взяла его руку в свою, большим пальцем надавила на метку, подтверждающую истинность моих слов.
— Я твой, — беспомощно проговорил он, его голос был хриплым и сломленным. — Но я уже не тот, каким должен быть.
— Нет, ты тот, — возразила я, мои руки потянулись к пуговицам его рубашки, расстегивая их, пока наш поцелуй углублялся, и его язык проник в мой рот.
Роари, сопротивлялся несколько мгновений, прежде чем наконец сдаться, его пальцы зацепились за спину моей футболки, а затем стянули ее через мою голову.
Вслед за его рубашкой, которую я сбросила с плеч и скользнула вниз по рукам, последовал мой бюстгальтер. Я ласкала крепкие изгибы его бицепсов, предплечий, запястий, и в конце концов подняла его руки к своей груди.
Роари застонал, массируя мою кожу, большим пальцем проведя по соску, а другой зажал между пальцами.
Я стонала, ощущая жар его тела, такой знакомый, такой пьянящий, и ничто в этом мире или за его пределами не могло изменить его отношения ко мне.
Я расстегнула его ремень, спустила штаны и боксеры, освободив толстый ствол его члена, и снова застонала, проведя большим пальцем по бусинке предэякулята, венчавшей его кончик.
— Я хочу, чтобы ты был во мне, Раори, — задыхалась я, прижимаясь к его губам. — Я хочу, чтобы твой член был так глубоко во мне, чтобы я задыхалась от ощущения того, как он поглощает меня. Я хочу, чтобы ты взял меня и напомнил себе, что в этом мире есть одна вещь, которая всегда будет принадлежать тебе, несмотря ни на что.
Я на мгновение отступила назад и жадно оглядела его с ног до головы, от его рельефных мышц пресса и широких плеч до аппетитного совершенства его твердого члена.
Роари жадно застонал, прижался губами к моей шее и начал расстегивать мой ремень, одновременно снимая ботинки и носки, чтобы полностью снять штаны.
Я облизнула губы, пока он расстегивал мои брюки, громко постанывая, когда его рука проникла под пояс и в мои трусики. Я была настолько влажной, что его пальцы без труда проникли в меня, а ладонь его руки терла мой клитор, заставляя меня кричать от удовольствия.
— Как ты можешь так сильно меня хотеть? — пробормотал Роари, не отрывая глаз от движения своей руки, когда он вводил и выводил пальцы из меня.
— Я хочу тебя таким, хоть то с мехом или клыками, Рори, — задыхаясь, прошептала я. — Ты можешь почувствовать правду. Я такая влажная из-за тебя. Ты даже не представляешь, сколько ночей я лежала без сна, думая о тебе, пока ты был заперт в Даркморе, моя рука там, где сейчас твоя, твое имя на моих губах, когда я доводила себя до оргазма ради тебя.