Глава 30
Главный холл Магической Школы поражал воображение: огромные потолки, красивейшие барельефы. В камне была выбита надежда людей — о том, как маги разных стихий объединятся, чтобы прогнать древнего врага.
Маги, записывавшие абитуриентов, выглядели... обычно. Я ожидал увидеть кого-то в духе Гипериона или хотя бы Нокса, но перед нами сидели самые что ни на есть обычные клерки. Толпа двигалась медленно; у каждого спрашивали, какая способность у него проявилась.
Тут даже не было никакого артефакта, который мог бы определить, пробудилась ли магия. Я надеялся увидеть хоть какой-нибудь волшебный шар или стелу, но ничего подобного не обнаружил. Обычный клерк, обычный стол, накрытый красной скатертью — видимо, для придания некоего «магического» эффекта.
Да от той летающей платформы на улице было куда больше проку! Хотя... нужно будет узнать, как она вообще устроена. Если маги трудятся над таким эффектом больше часа, то ничего хорошего: экономически это просто невыгодно.
— Эй, парни, вы тоже здесь не местные? — К нам обратился рыжий паренёк, весь в веснушках. Готов поставить руку на отсечение, если у него есть способности — то это свет. Рыжие, любимчики солнца, всегда были такими непоседами. Очередь для него — сущее наказание.
— Да, мы из Эрама, — ответил я. — А ты откуда?
— Ого! Это тот самый город, где был прорыв?
— Да, тот самый, где бушевали гоблины и порушили весь город.
— А я направлен из Иштры! — Он встал в героическую позу, словно готовясь метнуть заклинание. — Зовут меня Рори Филд.
— Меня зовут Люций Вилд, а это мой друг Рени Тесор.
Нам не нужно было вставать в героические позы — мы и так выглядели на все десять из десяти. Годы тренировок давали о себе знать: мало того что ширина плеч распирала, так еще и новые комплекты одежды с богатой вышивкой делали свое дело.
Рени со своей повязкой для глаз, сделанной из чешуи какой то змеи, смотрелся как древний аристократ среди плебеев. Я три дня пытался вспомнить узел, который будет смотреться лаконично и стильно.
В итоге у нас получился отличный образ, вполне вписывающийся в столичную моду. Любой местный зазнайка на нашем фоне выглядел бы несчастной крысой. Да и золото у нас водилось в неприличных объемах.
— Как вам жилось при гоблинах? — спросил Рори.
— Это очень глупый вопрос, — покачал головой я. — Ты либо убиваешь гоблинов, либо мёртв. Третьего не дано.
— А я слышал, что все маги там погибли от гоблинов...
Я посмотрел на него, как на неразумное дитя.
— Ты хоть понимаешь, что говоришь? Похоже, ты никогда не видел магов в действии.
Тот насупился и выпалил:
— Можно подумать, вы-то видели!
Тут уж Рени не удержался и, прикрыв рот, начал смеяться. Я улыбнулся и продолжил:
— Естественно, видели. Маги не могут просто так погибнуть от лап гоблинов.
Наш разговор привлек некоторое внимание, и многие «навострили уши», из-за чего я решил сменить тему.
— Какая продукция поступает из Иштры?
— В смысле, какая? У нас выращивают зерно!
— Зерно — это, конечно, важно, но, может, что-то еще?
Рори надулся, словно обиженный ребенок. Похоже, в его глазах производство зерна было единственно важным делом.
— А что еще нужно производить? Мы кормим всё население!
Тут в разговор вступил Рени:
— Видишь ли, Рори, зерно действительно очень важно. Но если ты продаешь только зерно, а всё остальное покупаешь, это приведет к тому, что в неурожайный год у вас будут большие проблемы.
— Значит, вы тоже из этих...
Я улыбнулся:
— Из каких «этих»?
— Благородных, которых всему обучают.
— Ты немного ошибаешься. Все, кто сегодня поступят и закончат обучение, станут благородными.
К нам подошел еще один парень. Он был одет с иголочки, как и мы.
— Хватит нести чушь, Вилд. Я могу понять твое снисхождение к малообразованным, но не забывай указывать им на их место.
Я сделал самое надменное лицо и обратился к Рени:
— Рени, напомни, что нужно сделать, прежде чем начать диалог.
— Необходимо представиться, чтобы люди понимали, как будет проходить беседа. В противном случае можно считать, что с тобой общается деревенщина.
— Меня всегда поражала твоя память в такие моменты.