— Что за шум? И кто этот проходимец? — к воротам подошёл капитан.
— Да вот, письмо лично в руки светлейшему передать требует.
— Печать есть?
Эрнст дрожащими руками достал из походной сумки конверт с восковым оттиском.
— Ладно, идём, — кивнул капитан. — Оружие оставишь здесь, на выходе получишь. Балд! Беги за церемониймейстером! Скажи — срочное письмо от его благородия Цербера, лично в руки его светлости Помпео.
Церемониймейстер Клеменс, окинув взглядом грязного и растрёпанного вестового, едва сдержал довольную улыбку. Четыре знатных дома уже сулили ему круглую сумму за любую возможность очернить имя Люция. А тут такой подарок! Проверив подлинность печати, он громко возвестил:
— Ваша светлость! Срочный гонец от барона Цербера!
Эрнст, на негнущихся ногах, последовал за ним в сияющий зал, пытаясь запомнить каждую деталь невиданной роскоши. Когда его подвели к двум величественным фигурам, у него перехватило дыхание. Магесса, точно как в рассказах, пылала живым пламенем, а её супруг и впрямь выглядел как маг из рассказов.
Трясущимися руками Эрнст протянул сложенный пергамент.
— От барона... Лично в руки, — выдавил он, забыв, как дышать.
Антонио Помпео видел, что юноша ошарашен обстановкой, и не торопил его. Фраза «лично в руки» вызвала у него лёгкую усмешку — еще ни разу на балу ему не докладывали о «мясных мошенниках». Он сломал печать и начал читать. Сухой доклад не предполагал лишних слов. Но уже к третьей строке Антонио вскочил с места, а воздух в зале загудел, наполнившись сдерживаемой мощью.
— Клеменс, — голос правителя прозвучал сталью. — Накормить гонца, уложить отдыхать в лучшие покои. Если он будет чем-то недоволен — голову оторву.
Повернувшись к Эрнсту, который замер, боясь пошевелиться, Антонио подошёл и с силой хлопнул его по плечу.
— Молодец, парень. Отдохнёшь — выбери себе любой клинок из моей личной коллекции. Заслужил.
Эмилия выхватила письмо из рук мужа. Пламя, окутывавшее её, вспыхнуло пронзительным синим цветом.
— Дорогой, ты же обещал! — её голос звенел, как натянутая струна.
В ответ она получила взгляд, от которого кровь стыла в жилах. Стены поплыли, а голос Помпео пророкотал, исходя со всех сторон сразу:
— Всё. Потом.
Пламя вокруг магессы мгновенно погасло, словно его и не было. Антонио окинул зал тяжёлым взглядом.
— Все маги и главы семей — за мной. Остальные — продолжайте наслаждаться балом.
***
Как мы и предполагали, удалось выиграть пару дней. Аристократы, воочию увидев размах гоблинской орды, разом перестали рассуждать о геройских лобовых атаках. Нам удалось разбить противника на несколько отрядов и заманить их в леса по ложным следам.
— Ваше благородие, — один из старших наемников, Берт, с нескрываемым раздражением сгрёб в мешок очередную порцию овса. — На кой чёрт мы тут с этими крупами носимся? Не крестьяне же.
— Потому что людям нужно что-то есть и где-то спать, — спокойно ответил я. — Возвращаться в деревню после каждой вылазки они не могут.
— Я-то это понимаю! — Берт вздохнул. — А почему мы эту работу на крестьян не переложили? Им бы делов-то...
— А как думаешь, что будет, когда крестьяне увидят такую толпу гоблинов, преследующую наш отряд? — посмотрел я на него прямо.
— Убегут, — без раздумий ответил наемник.
— Ещё хуже, — покачал я головой. — Они побросают ВСЁ и побегут. А без подводов с припасами мы продержимся от силы день. Наша тактика себя оправдывает. Думаю, наш отряд уже перемолол полторы, а то и две тысячи этих тварей.
— И почему это вообще работает? — в его голосе сквозило искреннее недоумение. — Их же тьма!
— Потому что гоблины — не армия. Это дикая, неорганизованная толпа. Многочисленная, но не слаженная. Будь среди них хоть один вменяемый гоблин, мы бы не продержались и пары часов. А, вот и наши.
Из лесной чащи бесшумно вынырнул отряд Родерика. Лица у всадников были уставшие, но довольные.
— Родерик, как прошло? — спросил я.
— Всё прошло отлично, Цербер, — тот широко ухмыльнулся, спрыгивая с коня. — Знай я раньше, что воевать можно с таким комфортом — не вылезал бы из сражений!