На следующее утро нам огласили план штурма. Воздух был густым и сладковатым от запаха гари — похоже, Гильберт оценил эффективность централизованного управления по достоинству.
Тактика оставалась прежней: мелкие отряды провоцировали гоблинов, те, недолго думая, бросались в погоню, и тут в бой вступали наши основные силы. Но когда я увидел, как мой отряд и люди Флейма слились в единую боевую фигуру, стало ясно: за нашей подготовкой пристально следили. Вот уж действительно, всевидящий читер.
И когда противник, наконец, хлынул из города нескончаемым зелёным потоком, в его толпу врезался смертоносный металлический вихрь. Это был Бартолд. В рядах гоблинов моментально образовалась кровавая просека. На ошеломляющей скорости он влетел в город, а по его следу объединённый отряд, выстроившись в идеальный клин, принялся раскидывать ошеломлённых гоблинов. У самых ворот они разделились и, как два стальных крыла, обогнули стены.
В бой снова вступили остальные отряды. Гоблины пытались восполнить потери числом, но раз за разом наталкивались на такие же сокрушительные контрудары. Наша кавалерия была подобна стае лис в курятнике — их было меньше, но хищниками были именно они. Отряды врезались в раздробленные ряды с флангов, сминали, давили и, не задерживаясь, уходили в сторону, оставляя за собой лишь хаос и панику. Это была идеальная симфония войны, дирижёр которой парил в небе, направляя всё новые атаки на противника.
Шаманы, быстро появившиеся на стенах, попытались атаковать наши отряды, но буквально после первых же заклинаний попадали в поле зрения Гильберта. Он парил в вышине, невидимый дирижёр этого кровавого оркестра, и каждый выпад вражеской магии наталкивался на непробиваемую стену ветра.
Когда кавалерия начала выдыхаться, над полем боя, на мгновение перекрывая общий гул, раздался скрежет тяжёлых механизмов. Северные ворота, с оглушительным грохотом и скрипом, начали медленно подниматься.
На зелёных мордах застыла комичная смесь ярости и непонимания. Они ринулись к башням, надеясь переломить ход боя, но было поздно. Гильберт обрушил на них сокрушительный шквал такой силы, что, казалось, вот-вот рухнут сами стены. Ворота с оглушительным лязгом захлопнулись, ознаменовав первую убедительную победу людей в этой битве.
Над полем боя прокатился ликующий рёв наших войск. Операция была завершена. Чисто, точно, с магическим шиком. Наблюдая за этим со стороны, можно было только кричать «Браво!». Всего какая-то неделя — а Гильберт уже филигранно выполнял сложнейшие манёвры. Всего неделю назад он бы просто наносил удары по толпе и отходил на отдых. Теперь у нас был командующий, который видел всю картину боя и мог вести отряды к победе.
***
Окрид, поместье Цербер
— Отец, я думаю, мы должны поехать туда, — Ларс отложил нож и с ожиданием посмотрел на Героса.
Тот положил свой столовый прибор, его лицо исказила гримаса раздражения.
— Хочешь, чтобы нас унизили ещё сильнее? Мы и так отправили тех крестьян. Какой смысл являться самим?
— Мы можем прибыть с гвардией и наглядно показать, что этот щенок — ничто по сравнению с нами! — с жаром продолжил Ларс.
Герос задумался, облокотившись на стол. С одной стороны, о новых землях можно было забыть. С другой... в Эраме сейчас освободилось столько лакомых участков...
— А знаешь, в этом есть смысл, — медленно проговорил он. — Только нам нужно взять не нашу личную гвардию, а ту, что отправили с Люцием.
— Думаешь, там кто-то ещё жив? — скептически хмыкнул Ларс.
— Не знаю. Возможно, Помпео подсунул ему своих людей, чтобы окончательно нас опозорить.
Ларс вскочил и принялся нервно расхаживать по малому обеденному залу.
— Отец, да это же великолепно! Мы явимся и отберём командование у брата! Сам подумай — какой нормальный командир станет подчиняться ребёнку? Мы поговорим с ними, узнаем, что им поручили, и найдём компромисс.
— А мне нравится, — в глазах Героса загорелся знакомый огонёк алчности. — Помпео ничего не сможет нам предъявить. Мы, считай, сами отправились на фронт, люди добровольно пошли за нами. Что в этом такого? Может, и с другими магами отношения наладим... Помпео далеко, а мы — вот они, на месте.
Он подскочил и с силой хлопнул сына по плечу.
— Бернард! — крикнул он управляющему. — Узнай, когда в армию отправляется следующий обоз! Мы поедем с ним. И подготовь наши парадные доспехи!
— Ваше благородие... — старый слуга беспомощно развёл руками. — Вы их продали на прошлой неделе, чтобы покрыть долги за новый экипаж.