— Леви успокоился, — крикнул Рени.
— Лекарь вспомнил про свои возможности.
Рори снова метнул сферы — туда, где мелькали вспышки шаманских заклинаний. Очередные взрывы посеяли в их рядах сумятицу, но основная масса гоблинов уже катилась на первую линию, как селевой поток. Я усилил звук.
— Первая линия, вперёд!
Бойцы двинулись навстречу нестройно, через силу. Каменные големы неуклюже заводили мечами, больше мешая друг другу, чем попадая по врагу. Но схема в целом работала — Леви и Дуглас без проблем рубились с противником. Центр держался без каких-либо проблем, фланги испытывали трудности, но в целом магессы поняли, что их не смогут достать в этой броне.
Снова взрывы за спинами у гоблинов — и там началась паника. Но по големам всё ещё прилетали огненные шары. Похоже, шаманов было больше семи, судя по всему. Но ненадолго.
— Люций, левый фланг, быстро!
Голос Рени прозвучал взволнованно. Я рванул на указанное место, уже выхватывая меч, но, увидев противника, тут же вернул его в ножны. Моя «зубочистка» была здесь бесполезна.
На нас неслось нечто ростом в добрые десять метров — гибрид варана и броненосца, покрытый чешуёй и костяными пластинами. Его внимание привлекла Ханна, чей голем как раз восстанавливал своё сломанное оружие.
Я вылетел перед магессой камня, вложив в кулак всю мощь «всплеска». Удар пришёлся точно в челюсть, заставив монстра дёрнуться, но инерция была чудовищной. Он протаранил меня, как шар для боулинга, смяв по пути и каменного голема Ханны. Я кубарем откатился в сторону, но краем глаза увидел, как тело девушки обвивают спасительные ледяные путы Рени. Хорошо. Не по плану, но сработало.
С досадой вскочил на ноги, злобно скалясь. Оббежал дезориентированного зверя с фланга и всадил второй «всплеск» прямо под рёберную дугу, в мягкие ткани. С хрустом ломалось что-то внутри. С почками этой твари мы только что попрощались. Смерть теперь — дело времени.
Вернувшись на основную позицию, я застал Ханну, рыдающую в объятиях Викты, пока Аспид гладила её по спине. Ничего, подобное бывает, потому мы и здесь. Позже, когда успокоится, сама же и разделает своего обидчика.
Битва тем временем подходила к логическому завершению. Гоблины, лишившиеся своего огненного прикрытия, заметались и побежали. Я поймал взгляд Рени и отмашкой дал сигнал: зачистка. Затем, усилив звук, рявкнул на всё поле:
— Победа!
Над лесом прокатился общий рёв — смесь выплеснутой ярости, затаённого страха и радостного облегчения. Я окинул взглядом отряд и с удовлетворением кивнул. Исход мог быть куда хуже. Отдельный респект Рори — его новая грань спасла многих от затяжной мясорубки. Но сейчас предстояло дело поважнее.
— Ханна, — позвал я, подходя. — Восстанавливай своего голема.
Она, не поднимая глаз, кивнула и поплелась к груде обломков, что ещё недавно было её каменным воином. Пока она, всхлипывая, собирала своего стража по камешку, я привёл себя в порядок. Затем мы подошли к главному «обидчику». Чудовище ещё дышало, но уже агонизировало.
— Это не по жребию, — сказал я, глядя на Ханну. — Но руби ему голову. Это твой враг, и он будет повержен тобой.
Её голем тяжело поднял каменный меч и с размаху рубанул по шее твари. Лезвие со скрежетом отскочило от костяных пластин, обломившись пополам. На лице Ханны мелькнула оторопь, сменившаяся внезапной, холодной яростью. Она сжала кулаки, и в воздухе вспыхнул силуэт нового оружия — огромного, как у Аспид, двуручного меча. Взяв его в руки голема, она начала методично, с ненавистью и отчаянием, бить по тому же месту. С каждым ударом злость крепла, а удары становились точнее и сильнее. Наконец, с хрустом, голова монстра была отделена от тела.
Дождавшись, пока магесса разберётся со своим противником, она отбросила меч и выплыла из камня. На её глазах не было слёз — лишь обида за произошедшее. Слова тут бесполезны, но они должны быть сказаны.
— Ты справилась.
Она кивнула и отправилась к подружкам. Я проследил, как вокруг неё начинает формироваться группа «скорбящих». Нет, так дело не пойдёт. Мы не на отдыхе.
— Рени, приведи их в порядок. Собираем трофеи и уходим.
На девчонок опустился холодный туман, и все разом перестали заниматься своими «мокрыми делами».
— Викта, попробуй убрать голову в хранилище. Остальные — собраться и смотреть в оба. Мы на вражеской территории.