«Можно было, конечно, заморочиться и набрать слова прямо из газет, но это ведь надо их вырезать, клеить, а ниножниц, ни клея под рукой не имеется. Да и не найти в паре газет всех нужных слов. А выклеивать из букв, да ещё и безграмотно — совсем уж моветон. Так что пусть будет то, что получилось», — удовлетворенный итоговым результатом, аккуратно свернул письмо и положил его в карман пиджака, решив, что в уже городе на почте купит конверт.
Замысел у него имелся банальный. Прямо на внешней стороне листа он отпечатал крупными буквами «Получатель Омское жандармское управленіе». Логично рассудив, что в полиции, вскрыв пакет и увидев надпись, не станут ковыряться и оперативно доставят корреспонденцию указанному адресату.
Артём, меж тем, ходил по дому, задумчиво оглядываясь в поисках возможного места для тайника. Задачка эта, при кажущейся простоте, была не из лёгких. Ведь требовалось не только скрытное место, до которого местные гопники-форточники сразу не додумаются, но и имеющее довольно приличный объём.
К тому же, привыкший продумывать все возможные комбинации, он не сбрасывал со счетов даже маловероятные вещи вроде пожара или грызунов. В конце концов, вооружившись новенькими инструментами, он приступил к работе.
— Ну вот. Теперь можно и в город смотаться. — Артем умылся из кадки, стоящей во дворе, насухо вытерев руки и лицо полотенцем.
— Собирайся и пошли уже, граф Монте-Кристо. — Поторопил его засидевшийся на месте друг.
Улица, несмотря на субботний день, словно вымерла. Ни детей, ни взрослых, ни одной телеги. Удивившись такой странной тишине и пустынности, друзья завернули на углу на улицу, ведущую к паромной переправе. И увидели как здоровенная «дворянских кровей» бродячая собака, загнала серого котенка на ветку деревца.
Крупный, исхудалый, какой-то несуразно мосластый кобель, в колтунах скатавшейся густой бурой шерсти, остервенело рычал, беспрестанно с пробирающей до костей злобой выл, надсадно хрипя, и бросаясь всем телом на молодую березку.
Ярость пса была так велика, что он в исступлении то принимался по-акульи терзать тонкий ствол острыми клыками, то прыгал вверх, впустую клацая мощными челюстями. Несчастный котёнок, шипя и выгибая дугой спину, из последних своих сил цеплялся остренькими коготками за молодую бересту, предательски норовившую вот-вот оторваться от ветки. Ужас и обречённость застыли в широко распахнутых жёлтых глазищах.
— Давай шуганем пса, не фиг делать, сожрёт кошака. — Остановившись, предложил Вяче.
— Не вопрос. Только надо палку найти или камень. Слышь, как надрывается. Такого никакими «фу» и «пошел отсюда» не проймешь. Не убивать же «полкана», мало ли, может он чей-то и просто с привязи сорвался… Будут потом лишние проблемы с хозяевами.
Артем огляделся в поисках подходящей палки и подумал, что ему очень не помешала бы трость, похожая на ту, что он видел давеча в руках у Кравцева. Вот как раз для таких случаев, как этот… бродячих собак в начале двадцатого на улицах города оказалось даже больше, чем в их девяностых.
Славке происходящее нравилось все меньше и меньше. Зверь выглядел не просто опасно, а реально угрожающе и даже инфернально в своей слепой ненависти ко всему живому. И явно собирался порвать и проглотить, уже готового свалиться с раскачивающейся берёзки котенка. Допустить такое он никак не мог. Категорически.
Непроизвольно Вяче нащупал правой рукой рукоять «Маузера» в кармане. Это немного приободрило его и вернуло уверенность в своих силах. «Куда этой твари против огнестрела», — проговорил мысленно, успокаивая сам себя.
Он даже собрался крикнуть со всей возможной строгостью и металлом в голосе. Но ровно в этот миг очумевшая от злости псина с такой силой врезалась всей массой в деревце, что серый комок шерсти буквально вылетел, как из пращи, далеко вперед. Точно в сторону замешкавшихся друзей. Котенок, извернувшись в прыжке, ловко приземлился на все четыре лапы и рванул, что было сил в их сторону. В последней, слепой надежде найти укрытие. Жить ему оставалось считанные мгновения.
Утробно рыча и подвывая, жуткий зверюга, мотнув тяжелой головой, увидел новую цель и без промедления кинулся теперь уже на друзей. Артем, увидел, озверело разверстую клыкастую, всю в пене и слюне, пасть. Узрел безумные, налитые кровью глаза. Внезапно на него снизошло ужасающее озарение.