Орлов, впервые за все время повернулся к Талалаеву и, заметив, что тот порывается задать вопрос, проницательно догадался о его содержании и озвучил сам.
— Вы, милейший Федор Никандрович, вероятно думаете, зачем я все это вам рассказываю? А вот к чему. Есть у меня предчувствие, что мы еще услышим о новых подвигах господ с литерой «Зет». А если и нет, то, что мешает нам самим их представить обществу? И раз уж наши герои столь анонимны, ответим им той же монетой. Пусть в Омске появится новая сказка, направленная не на возвышение образа революционера, а напротив, благородного защитника народа. И заметьте, отнюдь не террориста и ниспровергателя основ монархии. Возьмите лист и записывайте.
— Слушаю вас, Александр Петрович, — вооружившись пером и бумагой, отозвался поручик. Между тем, в голову ему пришла простая, в сущности, мысль, что если Хилков узнал о знаке Зорро, находясь в Северной Америке, то, вероятно, и неизвестные герои каким-то образом связаны или происходят из-за океана. Это показалось ему важным и он тут же черкнул в блокноте короткую пометку.
— Опубликуйте в газетах текст этого письма, заодно изложите историю, рассказанную князем Хилковым. Я постараюсь припомнить её в деталях, но вы и сами запросите сведения из Северо-Американских Штатов. В заметку добавьте приписку, что полковник Орлов заинтересован в личной встрече с «Омскими Зорро». И что он, то бишь я, гарантирую для них сохранение полнейшей конфиденциальности и безопасности, будет ждать телефонного звонка по номеру 039 или письменного сообщения об иных условиях встречи.
— Но отзовутся ли они?
— А вот и увидим, милейший Федор Никандрович. Вот и посмотрим, чем они нам ответят. Для нас важно другое. Газетчики наверняка вцепятся в эту историю и расцветят ее выдуманными подробностями. А сие нам на руку. Отвлечем молодежь от пагубных и вредных идей, пусть задумаются о верном служении на благо народное на примере наших «Омских Зорро».
— Могу ли я задать вопрос, господин полковник?
— Задавайте, поручик.
— Что мы будем делать, если они согласятся на встречу?
— Почем мне знать? Но слово свое я, безусловно, сдержу и никакого ущерба им не причиню. Это без сомнения. Впрочем, почти уверен, мы с ними обязательно свидимся. При тех или иных обстоятельствах. Если у вас нечего больше доложить, то можете быть свободны, поручик. К слову, мы с Лидией Кирилловной ждем вас завтра, в воскресенье, после праздничной службы, на обед.
— Благодарю. Признателен вам и вашей супруге за оказываемую честь. Всенепременно буду. — Талалаев откланявшись, покинул начальственный кабинет, аккуратно прикрыв за собой тяжелую дверь.
*Wolseley Siddeley Тоurer 1910 года выпуска. Четырех цилиндровый двигатель 40НР 7.1л. Модель создана и запущена в производство в 1909 году.
Глава 10
Прикатив в Загородную рощу наши герои подозвали стоящего поблизости городового и сунув ему трешку в ладонь попросили присмотреть за успевшим изрядно запылиться новеньким мотоциклом, объяснив, что номера в связи с выходными днями просто не вышло получить. Тот понимающе и уважительно кивнул «господам шоферам» и даже взял под козырек.
Народ гулял. Дамы в длинных платьях, огромных шляпах, перчатках и вуалях неспешно ходили под руку с облаченными в военную и партикулярную одежду господами. Неподалеку и правда, играл большой оркестр, выдавая один модный вальс за другим. Выходило у них вполне даже прилично, по крайней мере, меломанский слух Вяче ничего не коробило. Мимо нот никто не попадал, это точно. Хворостинин ни петь, ни свистеть не умел и даже никогда не пытался. Он был артистом разговорного жанра. Но музыку любил и потому давно обзавелся отличной японской техникой и мощными колонками. Вот только теперь это осталось где-то далеко в будущем.
Друзья, прислонясь к одиноко стоящей березке, некоторое время услаждали слух бессмертными творениями Штрауса, Шопена и Чайковского. На большой круглой веранде в танце кружились пары, подчиняясь напевно звучащемуритму. И раз, два, три, и раз, два, три.
— Братуха, ты как насчет сплясать?
— Не, вообще пенёк. А так бы ангажировал какую мамзель. Или у тебя перед глазами все еще ужель та самая Татьяна свет Михайловна стоит?
— А что, она тебе не понравилась? — Набычившись, не принял шутку друга Артем.
— Отчего же. Она классная. Ты главное не теряйся, крути ее, и вообще, смотри веселее.
— Я все думаю, как будем с Кравцевым разговор вести.