Налив бокалы почти до краев, и разом ополовинив бутылку, Славка оценил цвет и аромат напитка, оставшись довольным его яркими, чистыми фруктовыми нотами и холодноватым фиолетовым оттенком.
— Дружище, давай за новоселье. — Сидя за столом, провозгласил Хворостинин. — Все так стремительно закрутилось… Успехов нам!
Вино не разочаровало, но и восторгов не вызвало. Питкое, приятное, в меру крепкое и неплохо сбалансированное. Сразу захотелось есть. Они набросились на закуски и пока допивали свои бокалы, успели изрядно опустошить запасы.
— Так, отставить напивон. Этак мы накидаемся и никакие шашлыки уже будут не в дугу. — Скомандовал слегка захмелевший Артём, превращаясь в пусть и младшего, но армейского начальника. — Начинай резать лук и мясо, а я займусь шампурами, устрою мангал и разожгу костерок для углей.
— Может еще по одной и за дело? — Предложил Славка, которому вдруг совсем расхотелось куда-то спешить.
— Разговорчики в строю. Нож в лапы и за работу.
Славка не стал спорить. Вытащив во двор маленький столик, он начал резать лук кольцами и мясо небольшими кусочками. Артем обустроил очаг из кирпичей, уложил в него дрова и запалил огонь. Дым костра и прилетевший на огонёк не сильный, теплый южный ветер, отогнали всякую надоедливую мошкару.
Вооружившись молотком, зубилом и армейской смекалкой, прапорщик методично нарубил на дровяной колоде купленную сегодня бронзовую двухмиллиметровую проволоку, служившую в этом времени телефонным проводом. Свив вместе по шесть кусков, расплющив одни и загнув кольцом вторые концы заготовок, он изготовил несколько довольно сносных шампуров, которые с гордостью были представлены Славке.
— Вот, я же говорил, что всё будет на высоком технологическом уровне. — И неожиданно выпалил, видимо, давно заготовленный вопрос. — Слышь, Вяче, а кто эти девушки, как думаешь? Ты с ними долго беседовал, давай, рассказывай.
— Крутится в голове что-то, но никак не уцеплю. Татьяна назвалась Игнатовой и потом они, между прочим упомянули, что муж Саши — крупный заводчик и маслоторговец. А Таня — думаю, разведена. Так что сейчас она совершенно свободна. В Тюмени есть такой очень крупный владелец судостроительного завода — Игнатов. Думаю, она была замужем за его родственником. Таня сама упомянула, что бывший муж — судовладелец. Одним словом, дамы очень богатые. Но не аристократки. По нынешним временам такой авто — это как в наше время личный самолет почти или лимузин за несколько сотен тысяч долларов. К слову, Татьяна интересовалась одним шустрым механиком и мне кажется, положила на тебя глаз.
— Ну, скажешь тоже…
— И скажу. А чего такого? Завтра поедем к ним в гости, тогда и узнаем, что за семья и чего они стоят.
— Это да. Удачно вышло, что решили им помочь, глядишь, наведем мосты с местной деловой верхушкой.
— Тоже об этом думал.
Некрупно нарезав мясо, хорошенько помял его вместе с луком, чтобы напитать соком, затем в меру посолил и поперчил. Отложив тазик с маринующийся свининой в сторону, снова налил себе вина, но на этот раз уже без экспериментов. А сразу Бургонь. Славка полюбовался на вино, покрутил в бокале, оценив плотность «короны» и маслянистых «ножек» медленно сползающих по стеклу изнутри, втянул ароматы.
— Слышь, Темыч, вот зуб даю, черешня и горький шоколад. И всякие оттенки леса, грибы. Просто вынос мозга. Теперь главное, чтобы вкус таким же оказался и столь же мощным. Ну, поехали.
Славка не спеша сделал первый глоток, долго крутил вино во рту, давая ему максимально раскрыться, и зачарованно дал напитку уйти в пищевод, замерев и прикрыв глаза, наслаждаясь долгим и роскошным послевкусием.
— Это песня. Так не бывает. Ёпрст. Бомба! Конечно, для такого нектара божественного нужна еда поизысканнее, чем наш самодельный шашлык, но это мелочи. Зато вино полный улёт!
— Смотри, угли скоро будут готовы. — Непрозрачно намекнул далекий от энологических восторгов прапорщик.
— Да, самое время, — отозвался Славка, бросив несколько расторможенный взгляд на сияющий в темноте костер.
Дальше в дело пошли шампуры. Нанизав куски на бронзовые самоделки, друзья разложили их на камнях, время от времени поворачивая для равномерности прожарки. Не забывая и про вино. Опустошив очередную бутылку, Славка уже без спешки, задумчиво крутя бокал в ладонях и глядя на шипящие от стекающего жира рдеющие угли, пустился в рассуждения:
— Я тут вспомнил, что самым крутым для Помроля будет в будущем считаться урожай 1900-го года. Представляешь, оно до сих пор, то есть до конца девяностых — полностью идеальное, свежее и утонченно-живое. Гениальное вино, одним словом. Самое смешное — оно полностью созреет уже к началу двадцатых годов. Так что ждать нам всего-ничего. Десять лет, хе-хе. Надо прикупить его заранее ящиков пятьсот или даже больше и пусть лежат. И пить можно будет потихоньку, отмечая всякие наши победы и праздники, и продавать с огромным наваром. Потом…