Со всех сторон уже начинали сбегаться люди из посёлка, привлечённые оранжево-красным заревом на низких осенних тучах. Но никто и не пытался тушить пожар. Задача была реальней и проще — не дать огню разойтись вовсю ширь и подпалить другие склады и здания. Они всеми подходящими средствами отпихивали раскатывающиеся по сторонам полыхающие снопы, заливали искры ведрами с водой и попросту затаптывали начинающиеся очаги пламени.
Загудел корабельный ревун, оглашая речной простор сигналами о помощи. За гулом большого огня и сиплыми воплями машины даже стоя рядом ничего невозможно было расслышать. Артем, поначалу пытавшийся докричаться до матросов и Славки, поняв всю бессмысленность надсадно рвать глотку, ухватил Вяче за руку и притянул его голову к себе, проорав прямо в ухо:
— Ветер сильный, не потушат.
— Это понятно. Вопрос в другом — как бы и баржа с пароходом не загорелись.
— Народу мало. Вахтенные всего скорее. И начальства не видать.
— Как ты определил? Ничего ж толком не разглядеть…
— Никто не командует, все бегают как подорванные без толку. Так что капитан либо бухой, либо спит, либо его вообще нет.
— Логично. И чего делать будем? Оно конечно красиво вот так стоять и глядеть, как Нерон на пожар Рима, но ёпрст, жалко корабль. Сгорит к едрене фене, а мы такие нарядные даже ничего не сделали…
— Жалко — у пчёлки! Но если хочешь что-нибудь сделать, то надо концы рубить и баржу уводить.
— Только по сходням нам не пройти — смотри, как там полыхает.
— Не вопрос. Давай прямо к борту прошлепаем по мелководью, а там поможешь мне забраться наверх.
Хворостинин рвавшийся действовать не сразу осознал смысл слов друга, но когда понял, кивнул в ответ:
— Понял! Командуй, ты у нас мореман!
Тема хотел было покачать головой и возразить, мол, я речником и то недолго пробыл, напрасно ты меня в моряки записываешь. Но Славка и не думал продолжать беседу. Он побежал вокруг полыхающих кип прямиком к барже. Артему не оставалось ничего иного, как поспешить вслед за другом.
Без особых усилий закинув Тему наверх, Славка дождался пока друг кинет линь и как по канату в спортзале на одних руках взобрался следом. Оглядевшись, Артем махнул рукой в сторону освещаемого сполохами огня пожарного щита с топором и баграми, скомандовав Славке:
— Хватай топор, руби концы, прямо на кнехте руби.
— Яволь, майн хер! Будет сделано!
Хорошенько размахнувшись, Вяче рубанул тяжелым колуном. Потом ещё. И ещё. Жар подступившего почти вплотную к барже пламени жег лицо и руки. И лишь с четвёртого удара толстый пеньковый канат сдался.
— Сделано! Чего дальше?
— А нифига дальше. Это корыто плотно навалило на берег. Оно теперь как присоска на стекле. Мы его не раскачаем и не спихнем никакими шестами.
— И чего делать?
— Тут уже ничего. Погнали на буксир, может, им сдёрнуть получится. А нет — так хоть отогнать от берега его поможем.
— Тогда чего стоим, время-деньги.
И без дальнейших рассуждений Славка лихо спрыгнул с борта прямо в черную воду, подняв фонтан брызг и окунувшись почти по грудь в прохладные иртышские волны.
— А водичка то бодрит! — проорал он соскочившему следом другу. — Погребли дальше. У парохода сходни в порядке — зайдем как белые люди.
Так они и сделали. С них ручьями стекала вода, но так было даже легче. На борту никого не оказалось. Полнейшая пустота. Никто их не встретил.
— Эй, православные, есть тут кто? — Не заморачиваясь заорал во всю мощь легких Хворостинин.
— Чего ты кричишь, поморщившись как от зубной боли, бросил ему Тёма. — видишь же, нет никого. Но машина вроде работает, дым из трубы идет. Надо вниз спуститься — к паровику.
— Погнали туда, — легко согласился Вяче, — веди, ты в этой машинерии спец, я ни в зуб ногой.
Внизу они нашли надсадно кашляющего и без остановки кидающего в открытую топку лопату за лопатой уголь чумазого юного кочегара.
— Где капитан, старпом или механик на худой конец? Что за бардак тут творится?
— А чего на худой? Может на толстый, — совсем некстати негромко прыснул Славка.
— Это мы разберемся. Комиссия установит всех непричастных и накажет всех невиновных. — В тон ему ответил Тема. Не выветрившаяся выпивка располагала к веселью.
Молодой кочегар, совсем потерявшись, замер, так и не донеся лопату до топки и помявшись пару секунд, ответил:
— Так… Нет никого. Все на пожар убёгли, а начальство засветло ещё съехать изволили. А машинист и вовсе — вчерась накричал на хозяина, расчету требовал, а тот не дал. Ну, он и ушел…