К Роже тут же бросились две-три фигуры.
— Ну что, доктор? Вы его видели?
— Нет.
— Но есть у вас какие-нибудь новости? Ему хоть лучше? Что он говорит? Когда мы увидим его?
— Его лечат?
— Что за штучки они с ним проделывают? Вы-то хоть знаете? Что это за штучки? Католицизм или дзен?
— А сам Дикки согласен с этим? Участвует он во всем этом? Или просто отдыхает?
— Почему нам ничего не сообщают?
— Да, почему? Ведь все-таки мы — его фан-клуб!
Здесь был механик Фредди, совсем растерянный оттого, что ему больше не надо таскать инструменты, и ни на шаг не отстававший от Дирка, словно бродячая собака, привязавшаяся к первому встречному; Жан-Пьер и Марсьаль, плохо выбритые, но держащиеся молодцом; пожилая мадам Розье, которая с энергией освоительницы новых земель устроила себе ложе в тени ангара и теперь готовила растворимый кофе; Джина, Полина, Анна-Мари, Аделина, Давид; какая-то Мюриэль или Мириам; две Патриции; Лионель — молодой торговец грампластинками из Ниццы; девушки и парни из группы «Центр», державшиеся особняком; Эльза, которая сгорала от нетерпения, потому что была старше всех, исключая мадам Розье, каковую она находила «недалекой». Десятка два растерзанных и встревоженных людей, окруживших Роже и засыпавших его вопросами.
Джо, шофер из замка, который возился над чем-то, приподняв капот старого «ситроена», наблюдал эту сцену с презрительной иронией. Так, по крайней мере, казалось Роже.
— Но что вы хотите, чтобы я вам сказал? Я его не видел! Мне твердят, что все в порядке, ему лучше, что через несколько дней… несут какую-то чушь! Я знаю обо всем не больше вас! — с горечью заключил Роже.
— Ведь отец Поль ваш брат!
— Верно, ты хотя бы знаешь кое-что о его делишках! (Это сказал подошедший к нему Дирк, который выглядел как бандит.)
— Не знаю и знать ничего не желаю! Ноги моей не было бы никогда в этом замке, если б мне не хотелось узнать, что с Дикки!
— Но будет хотя бы несколько гала-концертов?
— Дикки доволен, что мы здесь? Он знает об этом?
Доктор не подавал вида, но чувствовал себя неуверенно. Охваченный смятеньем — Дикки в руках врагов, — он почти отказался от борьбы. Но как знать, не пригодятся ли фанаты, чтобы оказать давление?
— Не знаю, сказали ли ему… А где остальные?
— О, да везде, — ответила незнакомая ему молоденькая блондинка. — В «Атриуме» председательница.
— И супруги Герен. И тот калека с сестрой. И мсье Морис.
— Много людей в кемпинге «Васильки», в тридцати километрах отсюда.
— Большая группа находится в Каоре, есть…
— Хорошо. Думаю, вам нужно потерпеть еще несколько дней, а потом… естественно, необходимо будет потребовать встречи с ним. Отойдите, пожалуйста, от машины.
Он с неудовольствием убедился, что солнце, перешедшее на другую сторону, нагрело его машину как парилку.
— Вы уезжаете? — издали окликнул его Джо. — Не дождетесь вашего друга?
— Если вы называете моим другом мсье Боду, — сухо ответил доктор, — то полагаю, что он уедет своим ходом.
— Не уверен, что он сможет это сделать. Вы знаете, чтобы вызвать такси…
— А вы на что? Зачем вы нужны?
— Я нахожусь на службе у господина графа, — с насмешливой торжественностью возразил Джо. — Вожу автобус, когда мне дают приказ, и все тут. До гостей мне нет дела!
— Ах ты грубиян! — воскликнул доктор, мучительно сознавая бедность своего словарного запаса. Он открыл дверцу машины — парилка! — распахнул все дверцы. Придется задержаться еще на несколько минут. И тут он увидел, что из глубины аллеи к нему спешит Алекс. Он не получит удовольствия от того, что бросит Алекса в этой пустыне. Словно рой мух, фанаты отлетели от него, метнувшись к воротам.
— Алекс! Алекс!
Фредди, оставшийся на месте, признался доктору: