— Гм… И к чему же ты клонишь?
— Вот к чему: до сих пор мы были в отношении Дикки не правы только в одном, что необходимо будет исправить. В сущности, это единственное, что и нужно в нем исправить.
— Как не правы? В чем?
— …В том, что принимали его за дурака.
Дирк медленно брел вдоль пруда, оглядываясь по сторонам. Он обнаружил сарай, куда складывали шерсть, заглянул в окно душевой, вразвалочку приближаясь к террасе и парадному входу в замок, как вдруг откуда-то сбоку перед ним вырос молодой человек.
— Что ты здесь потерял?
— Ты меня спрашиваешь, робот? Где тут питьевая вода?
— Можешь брать воду у насоса, рядом с псарней. Сюда тебе заходить нельзя, — ответил молодой человек, который сделал вид, будто торопится по делам.
Но оттенок иронии, с которой он произнес слово «псарня», Дирку не понравился. Он сделал шаг вперед.
— Ты что, принимаешь меня за зайца?
Дирк был большого роста, очень высокий. Его рыжие волосы были такие же длинные, как у Дикки. Однако изможденное лицо с выступающими скулами, поросший щетиной подбородок придавали ему какой-то угрожающий вид, если он забывал напустить улыбку сторонника ненасилия. Молодой человек, к кому обратился Дирк, был ниже на целую голову, но шире в плечах, крепче. Он остановился и преградил путь с решительностью, слегка удивившей Дирка, несмотря на его наглость.
— А меня ты считаешь роботом?
Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Драка могла быть недолгой, если бы не вмешалась Анна-Мари — она была в узких, облегающих джинсах, с бутылкой в руке. Она медленно бежала к ним с выражением крайнего ужаса, который доставлял ей удовольствие.
— Что случилось?
В руке Дирка сверкнул нож. Он вынул его просто так, чтобы припугнуть. Но вид ножа, казалось, высвободил всю энергию черноволосого круглоголового крепыша. Не медля ни секунды, он нанес Дирку удар головой в живот; тот, не устояв на ногах, выронил нож и упал навзничь. Черноволосый придавил нож ногой. Анна-Мари завизжала. Из служебных помещений вышли двое в белых одеждах. Группа фанатов появилась на другом конце пруда. Малыш, не спуская с Дирка глаз, нагнулся и взял нож. Дирк медленно поднялся. Он чувствовал, что сзади стоит группа людей, которая молча наблюдает за ним. Он также заметил, что двое в белом — с виду крепкие ребята — не спеша направляются сюда. Подняв руку, он сделал примиряющий жест.
— Сдаюсь, сдаюсь! Когда у какого-нибудь малого в руках нож, я сторонник ненасилия. Лады?
Несколько секунд черноволосый в упор смотрел на него (выжидает время, чтобы подоспели дружки, подумал Дирк, которого стал охватывать страх), потом неловким движением сложил нож и опустил его в карман.
— Я тоже, если у меня нож, сторонник ненасилия, — ответил он с презрительной улыбкой.
Когда двое в белом вплотную приблизились к Дирку, то он просто отделался шуткой.
— Интересно, что бы произошло, если б ты был один… — пробормотал он, покоряясь силе.
Франсуа усмехнулся. Он все это предвидел. Даже осмелился сказать об этом Отцу. Не каждый может противостоять подобному вторжению: сейчас в замке находились ученики, которые совсем недавно услышали слово «учения». Их успехи могли быть серьезно поколеблены. Фитц, если далеко не ходить за примерами, на сей раз удовольствовался тем, что утихомирил какого-то грязного хиппи. А что будет во второй, третий раз?
— Возвращайтесь на свой участок, — сказал он убитым горем фанатам. — Вы не должны общаться с «детьми». Медитация молчания начинается в шесть часов в этом здании. Если хотите, можете к нам присоединиться, чтобы искать света духовного… Если нет, то мы просим вас не нарушать порядка. Уходите!
На мгновенье наступило замешательство, потом фанаты с неохотой подчинились.
— Ох, как же я испугалась! — вздохнула Анна-Мари с облегчением, в котором таилось нечто вроде разочарования. Когда она видела драку мужчин, ей всегда чуть-чуть казалось, что они дерутся ради нее, и тогда все это ей нравилось.
— Они пристают к нам, — сказал Фредди, который неизменно принимал сторону Дирка.
— И почему нам запрещают ходить где нам хочется? — спросила Джина.
Другие фанаты, словно предупрежденные неким загадочным образом, вышли из-за псарни и направились к группке недовольных. Они скопились на краю пруда, не осмеливаясь все-таки подойти ближе.
— Что такое? Что с ним сделали?
— У него отняли нож, — с возмущением ответил Фредди.