Робин обнял дитя.
— Что с тобой? Что, дикарёныш? Что я такого сказал? Что сделал?
Мальчик вырвался и опять уставился на птицу в клобучке, которая, непонятно почему, принялась переступать с одной ноги на другую, лихорадочно трезвоня колокольчиком.
— Имя, — выговорил мальчик, раскачиваясь туда-сюда вместе с птицей. — Имя.
Мужчина смотрел то на мальчика, то на птицу, сперва переводя лишь взгляд, а затем и поворачивая голову. Содрогнувшись от понимания, он повернулся, обмакнул руку в ближайший бочонок с водой и потянулся к мальчику. На лбу у него Робин начертил пальцем крест, прочертив одну линию сверху вниз, а другую поперёк, под спутанными колтунами волос.
— Ясно, — сказал он. — Понимаю. Ты столь же мал, яростен и свободолюбив, как и мой слёток. И отчего-то тебя зовут, как и его. Так что я окрещаю тебя Мерлином. Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Вымолвив это, Робин выхватил из-за пояса нож и срезал с мальчика сбрую.
На миг мальчик взглянул мужчине прямо в глаза. Потом улыбнулся и протянул руку, потому что теперь, когда он получил своё имя обратно, к нему вернулась память.
Перевод — Sebastian