— Бледноват, — честно призналась Ева, скрестив руки на груди.
— Да? — Каиса вздернула брови, будто услышала нечто возмутительное.
— Угу.
— А кто это? — женщина внезапно перевела взгляд на Лекса, всё это время деликатно молчащего в углу, прижавшись к стене, будто пытаясь в неё влиться.
— Это? — Ева смерила взглядом младшего жреца, который под этим взглядом съежился еще сильнее. — Мой верный и преданный слуга.
— А разве приличным девушкам пристало иметь слугу-мужчину? — протянула с сомнением в голосе Каиса.
— А где вы мужчину увидели? — Ева изобразила на лице искреннее удивление, широко раскрыв глаза. — Ах, он... Нет, это не мужчина.
— Разве?
— Конечно. — Девушка вздохнула, как будто объясняла очевидное. — Его оскопили, правда, поздно, поэтому внешне на евнуха мало похож. Хотите проверить?
Лекс издал звук, средний между писком и стоном, и прикрыл руками пах.
— Н-нет, — Каиса поспешно отступила на шаг, — пожалуй, воздержусь.
В воздухе повисло напряженное молчание. Где-то за окном прокричала ворона. Лекс, бледный как мел, медленно сполз по стене на пол, продолжая прикрывать руками самое ценное, очень надеясь, что оно не станет воспоминанием.
— Ну что ж, — Каиса наконец выдохнула, поднимая топор из щепок. — Похоже, ужин будет... интересным.
Ева лишь усмехнулась в ответ.
— Спасибо за гостеприимство, но я не голодна. Он тоже, поэтому нам пора.
Каиса медленно провела ладонью по лезвию топора, собирая с него щепки. В её движениях была какая-то театральная размеренность, будто она давала себе время осмыслить всю абсурдность ситуации.
— Значит так, — наконец произнесла она, внимательно изучая Еву. — Ты сняла рубашку с моего сына, даже боюсь спросить при каких обстоятельствах, разгромила мой замок... — Она сделала паузу. — И теперь утверждаешь, что не голодна?
Лекс жалобно застонал.
— Ну... — Ева пожала плечами, играя краем рубашки. — Если бы ваш сын вел себя прилично, ему бы не пришлось расставаться с одеждой. А насчёт замка... Я бы сказала, что это был акт самообороны. Ваши стены первыми начали.
Каиса закатила глаза, но уголки губ дрогнули.
— О боги... — прошептала Каиса, поднимая глаза к потолку. Губы её дрогнули в усталой улыбке. — Ты точно та самая, что нам нужна.
Ева нахмурилась, морщинка между бровей углубилась:
— В смысле?
— Ты невеста моего сына, — теперь уже нахмурилась Каиса, скрестив руки на груди. — Или он тебе ничего не объяснял?
Девушка закатила глаза, не рискнув уточнять, что, собственно, даже не дала белобрысому шанса на объяснение — стул на голову был куда красноречивее любых слов.
— Он, скажем так, — Ева замялась, переминаясь с ноги на ногу, — не успел.
— Это очень похоже на моего сына, — Каиса вздохнула, бросив взгляд на меч в руках девушки, и добавила с легкой дрожью в голосе. — Надеюсь, ты его не убила?
— Это уж как сказать… — произнесла Ева, но тут же спохватившись, поправила. — Нет, точно не убила. Совершенно точно он дышал, когда я с него рубашку стаскивала.
— Ну и замечательно, — женщина поправила выбившуюся прядь волос, заправляя её за ухо. — Тебе послали нам боги, как истинную любовь для моего сына.
— Что за бред? — Ева скривила губы, будто попробовала что-то кислое.
— Проклятье древнее, — отмахнулась Каиса, взмахом руки отправляя в небытие тысячелетние традиции. — Боги наградили Ингварда тобой, — потом задумалась, — или наказали…
— Что?! — тут уж возмутилась Ева, вскинув подбородок. Глаза её вспыхнули, яростью.
— Нет-нет, – Каиса подняла руку, прерывая её. — Я уже всё поняла. Ты — идеальная невеста для моего сына. Бойкая, дерзкая, и... — Она бросила взгляд на разрушенное панно, — с чувством стиля. Так, что, дорогая, кстати, мы не познакомились?
— Евангелина О’Ши, — поколебавшись, ответила девушка, сжимая рукоять меч.
— Так вот, дорогая Евангелина О’Ши, давайте все-таки разделим трапезу и дадим моему сыну шанс заполучить ваше сердце, — Каиса запнулась, заметив, что машинально начала поигрывать топором, и поспешно убрала его за спину. — Про сердце не буквально.
Ева замерла, судорожно соображая, что делать. Показавшийся идеальным план стремительно рушился, грозя похоронить ее саму под обломками. А перед ней стояла женщина, которая только что буквально разрубила топором шансы на быстрый и легкий побег. Не то, чтобы Ева сомневалась в себе. Она вполне бы могла справиться с теткой, вооруженной одним лишь топором, но только при помощи магии. А когда твои сила ограничены мышцами и тяжелым тупым мечом, то лучше все-таки думать головой.