Заметив, что гости уже дошли до нужной кондиции и все забыли про них, молодые пошли в хату, чтобы уединиться. Однако, их уход не остался незамеченым, и сопровождался пьяными шутками:
– Ой, гляди-ка, голубки-то наши упорхнули! – крикнул кто-то из гостей.
– Да чё им с нами куковать, нихай! У Дёмки вон уже сабля торчит! – подхватил другой, вызвав общий хохот.
Лиза, покраснев, прошептала:
– Ох, бесстыжие…
– Какие есть, – улыбнулся Демид, крепко схватив невесту пониже талии и буквално втаскивая её в свою берлогу..
Спустя пару часов, уставшие и довольные, они лежали на кровати и тихо переговаривались о будущем.
– Как думаешь, Дёмочка, сколько у нас детишек будет? – мечтательно спросила Лиза.
– Да хоть десяток! – засмеялся Демид. – Лишь бы все в тебя пошли, красавица моя…
Вдруг, на улице послышались шум и крики. Вначале молодые подумали, что это просто гости буянят, но потом поняли, что происходит нечто ужасное.
– Господи, что там творится? – испуганно прошептала Лиза.
– Сейчас гляну, – Демид быстро натянул штаны и выскочил на улицу.
То, что он увидел, заставило его кровь застыть в жилах – на хутор напали кочевники. Возле накрытых столов шло кровавое побоище. Сразу бросилось в глаза, как Патеха с пьяной размашистостью отбивался от троих ногайцев оглоблей, как его мать Ольгу уже тащили по земле на аркане, а Лютый, израненный, пытался пробиться к ней через толпу нападавших.
Открывшаяся картина настолько не вписывалось в атмосферу праздника, что Демид засомневался в реальности происходящего. «Сон, это страшный сон», – вертелась в голове одна мысль, и в этот момент он вошёл в состояние сновидения, как учил его Калган.
Начинающий характерник почувствовал себя таким же всемогущим, как в своих снах, и в первую очередь остановил время. «И пусть весь мир подождёт», – проговорил он сам в себе и внутренне улыбнулся, снаружи же лицо его было в этот момент совершенно непроницаемым.
Замерло всё: люди, звуки, ветер, даже мысли остановились. Как будто кто-то нажал на паузу видеопроигрывателя, и этот кто-то, был наш герой.
Вырвав саблю из рук ближайшего казака, Демид начал рубить татар. Поначалу, он прикладывал для этого силу, как и привык, но потом почувствовал, что из-за своей супер скорости, ему достаточно было лишь слегка стукнуть саблей по человеку, и тот вспыхивал фонтаном красных брызг.
Ногайцы были совершенно беззащитны перед ним в своих замерших позах: вот один уже занёс саблю за спиной Лютого, да так и застыл со злобным оскалом на лице – небрежное движение руки, и татарин так и остался стоять на месте, но только головы на плечах уже не заметно; а вот другой ногаец с довольной улыбкой тащит Ольгу за аркан к своему коню, наверное, хотел привязать верёвку к седлу, чтобы уволочь аппетитную блондинку в свой улус – Демид попросту отсёк ему обе руки, которыми тот тянул бечёвку. И так, методично, один за другим, татары отправлялись к Аллаху, даже не осознавая в этот миг, что с ними происходит.
Постепенно, магическая сила начинала ослабевать, и скоро всё стало медленно приходить в движение. Демид заторопился в своём кровавом деле.
Те, кто успел прийти в себя раньше других, с ужасом наблюдали, как жених, словно метеор, передвигался с нечеловеческой скоростью. Казалось, он был везде одновременно, оставляя за собой лишь кровавый шлейф.
– Господи помилуй, – прошептал Чига, протирая глаза. – Не иначе как сам чёрт в Дёмку вселился!
– Да не, – возразил Бэн. – То характерницкая сила. Знаем, кушали…
Когда время вернулось на место, все увидели страшную картину: повсюду трупы кочевников, брызги крови, куски тел, а на фоне этого весь облитый чужой кровью и с безумными глазами наш боевой маг.
– Матерь Божья, – прошептала одна из казачек, крестясь. – Что ж это такое?
– Да как же это… – в ужасе пробормотал кто-то ещё из уцелевших гостей.
Те из нападавших, которые не успели попасть под мясорубку характерника, в ужасе ускакали прочь с криками:
– Шайтан! Это сам шайтан!
Пьяный в дрызг Калган с трудом поднялся на ноги, с гордостью посмотрел на Демида и, потрясая кулаком в воздухе, провозгласил:
– Характерник! Настоящий характерник!
После чего рухнул на землю и захрапел.
Глава 12. Сапоги
Хутор Терновая балка 1778 год.
Семён Михайлович Селин, известный читателю как Семён Патеха, происходил из семьи левого берега – беглых крестьян, честных пахарей и хлеборобов. Дородной фигурой он пошёл в отца, Михаила Потапыча, и даже превзошёл его в размерах. С Дёмой Котом они сдружились с детства, хотя начало их дружбы было не самым гладким.