Для выдачи оружия выбрали просторный амбар на краю хутора. Ещё до рассвета, казаки начали собираться перед входом, образовав внушительную очередь. Несмотря на заверения поручика Воронцова, что оружия хватит на всех, многие опасались остаться без нового ружья. Поэтому перед началом выдачи, Воронцов обратился к собравшимся:
– Господа казаки, прошу вас сохранять порядок! Каждый получит ружьё, штык и положенный комплект принадлежностей. Входить будете по одному, расписываться в ведомости. Уверяю вас, всем хватит!
Внутри амбара, капитан Никулин и поручик Воронцов лично руководили процессом выдачи. Никулин старался уделить внимание каждому казаку, запоминая лица и имена.
– Как звать тебя, молодец? – спрашивал он, вручая ружьё очередному казаку.
– Степан Гришин, ваше благородие, – отвечал тот, с восхищением разглядывая новенькое ружьё.
– Хорошо, Степан. Служи верно, – кивал Никулин, делая мысленную пометку.
Воронцов тем временем, педантично вёл учёт, проверяя каждую подпись в ведомости.
– Следующий! – командовал он, когда очередной казак получал свой боекомплект.
Несмотря на строгий порядок внутри амбара, снаружи атмосфера накалялась. Чем дольше шла выдача, тем нетерпеливее становились ожидающие казаки. К полудню, очередь превратилась в бурлящий котёл недовольства.
– Эй, ты куда без очереди прёшь, падла?! – возмущённо крикнул кто-то.
– Я тут с ночи стою! – отозвался другой голос.
– Брешешь, собачий сын! Я тебя тут не видал!
Словесная перепалка быстро переросла в толкотню. Двое дюжих солдат у входа с трудом сдерживали напор толпы. Казалось, ещё немного, и ситуация выйдет из-под контроля.
Демид, наученный горьким опытом стояния в очередях из своей прошлой жизни, решил взять инициативу в свои руки. Сколько раз ему уже приходилось проходить эту не самую приятную процедуру: в больницах, паспортном столе и других госучреждениях! Он хорошо знал все уловки желающих пролезть вперёд, вроде извечного «я только спросить» или «мне на минутку». Поэтому сейчас, он был полон решимости не допустить подобного.
Поначалу, казаки заподозрили его в желании пролезть первым, но он быстро развеял их опасения:
– Братцы, я тут девятый стою, – громко объявил Демид. – Давайте по справедливости сделаем, чтоб никто без очереди не лез, хучь бы и сам чёрт с рогами пришёл!
Казаки одобрительно загудели:
– Верно гутаришь, Дёма!
– Любо! Нихай по-честному будет!
Демид, воодушевлённый поддержкой, начал наводить порядок:
– Ну-ка, станичники, выстраивайтесь по порядку. Кто за кем занимал, так и становитесь.
Казаки, ворча, но подчиняясь, стали выстраиваться в линию. Демид уже было вздохнул с облегчением, как вдруг откуда ни возьмись появился Чига. Атаман, не участвовавший в получении оружия, шёл в амбар по своим делам.
– Э-э, Дёма, дружок! – воскликнул Чига, хватая Демида под руку. – Чё ты тут топчешься? Айда со мной, дело есть!
Не успел Демид и рта раскрыть, как Чига уже втащил его в амбар. Оказавшись внутри, Демид почувствовал, как краска стыда заливает его лицо. Чига, не замечая смущения товарища, бодро обратился к офицерам:
– Ваши благородия! Глядите, кого я вам привёл – самого Дёмку-героя!
Капитан Никулин кивнул:
– Здравствуй, Демид. Рад видеть тебя снова.
Поручик Воронцов, с интересом разглядывая казака, протянул руку:
– Наслышан о ваших подвигах, Демид Игнатьевич. Буду рад, если как-нибудь заглянете ко мне на чай. Обсудим ваши… выдающиеся способности.
Демид механически пожал руку поручику, но мысли его были далеко. Он едва замечал, как ему вручают новенькое ружьё – прекрасный образец военного искусства, с начищенным до блеска стволом и удобным прикладом. В другое время, он бы восхищался этим оружием, но сейчас оно не вызывало у него никаких эмоций. Всё его существо было сосредоточено на мучительном вопросе: как теперь выйти к казакам, которым он только что говорил о честности и справедливости?
Демид вышел из амбара один, с новым ружьём в руках. Он не смел поднять глаза, чувствуя на себе осуждающие взгляды. Уже отойдя на несколько шагов, он услышал за спиной:
– Ну чё ж ты, деляга? Сам гутарил без очереди никого не пускать, а сам-то первый влез!
Демид что-то невнятно пробормотал насчёт Чиги, но это прозвучало неубедительно даже для него самого.