— Тогда зачем ты явился, рыжий пес?
— И вовсе я не рыжий. С чего ты взяла? Родич мой где? Тот странный отрок.
— А, малахольный… — проворно поднялась с колен какая-то старая бабка. — Так бы сразу и сказал, нечего тут все рушить.
— Да разве ж я хоть что-нибудь тут порушил, а? Чего зря наговаривать-то? Мальчик где?
— Не ты, так твои люди. Слышишь, что снаружи делается? Малахольный тебе нужен… идем. Отпусти девушку. Сказала же — нет твоего малахольного в этой юрте.
— Ладно. Опустив меч, Ратников без всякой галантности швырнул девчонку на кошму. — Будем пока считать, что я вам поверил.
— Ты хорошо знаешь, чье это кочевье?
— Мне наплевать.
— Вахх!!!
Пятясь, молодой человек выбрался из юрты вслед за старухой… и едва не подставил голову под огромных размеров секиру, казавшуюся детской игрушкой в руках здоровенного бугая-атлета.
Явный монгол, он был настоящим богатырем — высоченный, крепкий, с широкой, словно ствол дуба, грудью, с плечищами, как крылья авиалайнера, а уж руки… как две ноги Ратникова.
Перед багатуром кровавой кучей лежали погибшие… человек шесть, не меньше! Те, кто был у загона… А теперь вот, настал очередь Миши. Что же, старая ведьма специально его под этот топор привела?
Очень может быть…
Ввухх!!!
Молодой человек снова пригнулся… а вот уже и отпрыгнул в сторону, и ухнувшее, словно с неба, лезвие воткнулось в утоптанный снег. Утоптанный…
А рядом — сугроб…
Михаил попятился, отпрыгнул… Вражина тут же ринулся за ним, размахивая секирой, словно косой…
Ввухх! Ввухх! Косил Ясь конюшину…
Ратников уже несколько раз пытался достать великана мечом — куда там! Тут надо было что-то иное придумать, что-то хитрое…
Вухх!!!
Если б Миша не успел в этот момент подставить под топор меч, так уже просто нечем было бы думать. Отлетела бы головенка, покатилась, подпрыгивая и сверкая зубами, в сугроб. Как вон та… или вот эта…
Меч противно треснул. Ну, конечно, какой же клинок подобное издевательство выдержит? Черт…
Детинушка гулко захохотал при явном одобрении старухи и выскользнувших из юрты женщин. О, он теперь уже не спешил убивать обезоруженного соперника! Играл, словно кошка с мышкой. Явно рисуясь, прошелся гоголем, искоса посматривая на молодок — позер! Ой, позер! Просто какой-то пижон дешевый — картинно перебросил секиру из руки в руку. Ухмыльнулся…
Михаил повернулся и опрометью бросился бежать… Сначала — к юрте… затем резко изменил курс, и великан с воплями пронесся мимо. Впрочем, враг быстро оправился… Но Ратников-то уже со всех ног мчался к ельнику. И даже ничего не думал, он знал уже почти что наверняка, чем все закончится…
Так и случилось. Вылетевшая из-за деревьев стрела ударила незадачливого детинушку в глаз. Как белку.
— Дядя Миша-а-а-а!!! — кто-то закричал совсем рядом, радостно и звонко.
Ратников конечно же знал — кто. Обернулся:
— Ну, здравствуй, Тема. Как ты тут без нас?
Глава 15
Зима — весна 1246 года. Сарай — Дикое поле
ХАНСКИЙ КАРАВАН
Из-за леса, наметом, вынеслись всадники, числом примерно с полдюжины, и, поднимая копытами снег, бросились к обозу.
— Вах, вах! — забеспокоился старший обозник Мангыл-кули, человек уже пожилой, седобородый, опытный, но еще вполне крепкий и хваткий, каким и должен быть купец или главный приказчик. — Хаким, Вир, Азамат! Готовьте луки. Али, скачи к Трегляду за помощью. Пусть пришлет воинов, мало ли — их там много, этих разбойников. О, великий Тэнгри, видать, они совсем потеряли страх! Видано ли дело — на ханских дорогах беспредельничать? Скачи, скачи, Али! Эх, говорил же — быстрей надо двигаться, от главного каравана не отставать.
— Не надо никуда скакать, уважаемый Мангыл-кули. — Откинув рогожку, Ратников давно уже приподнялся в санях, внимательно всматриваясь в преследователей. — Это не разбойники.
— Не разбойники?
— Это мои друзья… Приехали попрощаться. Да ты сам-то не видишь, что ли? Кто там впереди скачет?
— Впереди? — старший обозник приложил руку ко лбу, защищая глаза от вышедшего из-за облака солнца. — Ой… похоже, дева! Шапка соболья, белый кафтан жемчугами искрится… Ха! Ак-ханум! Глазам своим не верю.