Тургенев отложил сигару и протер глаза, затем вернулся к изучению отчетов, оставленных на его столе. На этой неделе он ожидал прибытия делегации ведущих политиков из республик Центральной Азии – Казахстана, Туркмении, Узбекистана и Азербайджана. Жизненно важная встреча. Газовые и нефтяные месторождения вокруг Каспийского моря назывались новым Персидским заливом. Добыча газа в Западной Сибири постепенно уменьшалась, ему приходилось заблаговременно обеспечивать позиции в Центральной Азии и Закавказье. Сооружение терминалов и газопроводов в сотрудничестве с «Шевроном» и другими ведущими мировыми компаниями было призом, превосходящим всякое воображение...
И находящимся в пределах досягаемости. Он сжал в кулак пальцы правой руки, словно разминая их, разжал их, снова сжал и продолжал выполнять это несложное упражнение, изучая отчеты. Компания «Грейнджер Текнолоджиз», которая Перейдет к нему через несколько дней, в крайнем случае через пару недель, являлась ключевым звеном в его стратегии. Грейнджер-младший должен был отступить в сторону – Тургенев зашипел сквозь зубы, вспоминая Билли в тот последний вечер в Мэриленде: потного, виноватого, дерзкого от отчаяния. Билли следовало продать ему свою долю или как минимум согласиться, что центральноазиатский проект станет их будущим – общим будущим – на следующие двадцать пять лет. Но Билли не понимал этого, не соглашался с очевидными фактами... Бедный Билли.
Тургенев закончил чтение. План был разработан четко и нацелен на максимальный эффект – даже в разделе устранения Билли Грейнджера и фактического приобретения компании. Финансирование, стратегия... и убийство. Смерть Билли была примером ведения бизнеса другими средствами. Он улыбнулся про себя, сознательно исказив цитату из фон Клаузевица.
Против всего этого Лок был обычной мухой, жужжавшей за стеклом его кабинета, безвредной неприятной деталью будней вроде надоедливого нищего на улице.
Рука Тургенева прошлась по бумагам, стряхнув маленький серый столбик сигарного пепла. Смерть сестры Лока, разумеется, была неизбежной. Если бы не удалось убрать Билли в сжатые сроки и представить убийство как совершенное с целью ограбления, проблему устранения пришлось бы решать в течение еще некоторого времени после той ночи. Таким образом, оказавшись рядом с Билли, Бет автоматически поставила себя в опасное положение. Запоздалый всплеск угрызений христианской совести из-за героина решил судьбу Билли, – впрочем, как и необходимость направить «Грейнджер Текнолоджиз» на выгодную разработку нового нефтегазоносного региона в Центральной Азии. Тургенев был просто обязан тем или иным способом получить контроль над американской компанией к моменту прибытия делегации. Только в этом случае он мог выдвинуть целый пакет предложений, единую программу, способную перевесить щедрые посулы других консорциумов.
В конечном итоге отпадет нужда и в героиновой подпитке... но это время еще не настало. Контрабанда ученых-ядерщиков и инженеров в Иран и Ирак тоже вскоре окажется ненужной. Однако сейчас она обеспечивала ему присутствие и рычаги давления на Среднем Востоке, способ вести дела с теми правительствами, от которых дистанцировался Запад.
Тургенев взглянул на часы. Было около полуночи. Женщина приехала гораздо раньше и теперь ожидала его, словно наложница в гареме. Он усмехнулся. Пора спатиньки... Наклонившись, он поднял листок факса, упавший на пол там, куда он небрежно бросил его полчаса назад. Листок свернулся в трубку. В факсе сообщалось о бегстве Лока из клиники Маунтин-Парк. Лок говорил с Ван Грейнджером и наверняка узнал все, что его интересовало. Это должно было бы рассердить Тургенева, но сейчас он пребывал в слишком благодушном настроении. Лок превратился в объект охоты на всей территории Соединенных Штатов. Он был прокаженным, изгоем, не имевшим пристанища. Когда его арестуют, – если полицейские смогут опередить людей Тургенева, – кто ему поверит? Он считался сексуальным маньяком и убийцей, его жертвой пала пятнадцатилетняя наркоманка, занимающаяся проституцией, чтобы удовлетворить свою растущую потребность в героине. Имелись даже свидетели. Лок никогда не выкарабкается на свет Божий...
...хотя его смерть, безусловно, была бы более простым решением.
Тургенев положил факс на стол и в последний раз мельком взглянул на печатные строчки. Люди Тяня, работавшие в одной упряжке с его собственными наемниками, не дадут Локу даже выехать из Аризоны. У них имелся регистрационный номер машины, ее описание, даже свидетельские показания человека, видевшего автомобиль на автостраде № 17, ведущей на север, в пустыню. Тем лучше.
Выключив свет в своем кабинете, Тургенев принялся тихо насвистывать. Несколько секунд он наблюдал за тусклыми огоньками системы безопасности и хлопьями снега, медленно падающими за окнами темной комнаты. Потом он закрыл и запер за собой дверь и поднялся в спальню по широкой лестнице с дубовыми перилами, изукрашенными искусной резьбой.
* * *
Доехав до Рок-Спрингс, Лок свернул с автострады № 17 на запад, к местечку под названием Бамбл Би. Пыль пустыни проносилась через весь городок, увлекаемая порывами легкого ветерка. Деревянные лавки, отель, жалкая пригоршня домов – все казалось высохшим от долгого пребывания на солнце. Даже изображенная над рестораном физиономия полковника Сандерса казалась старше и продубленнее, чем обычно. Гараж и заправочная станция соседствовали с «Жареными Цыплятами Кентукки» и большой вывеской главного магазина поселка, объявлявшей о том, что в наличии имеются джипы напрокат для туристов. Это было именно то, что искал Лок. Облегчение прокатилось по всему его телу, словно дрожь от приближающегося поезда метро.