На подиуме уже собрались избранные. Первые тридцать шесть рядов предназначались тем, кто принадлежал к высшему классу римского общества. Император еще не приехал, но прибывшие в Рим многочисленные властители со свитами уже заняли свои места. Вот до зрителей донеслись звуки музыки и шум приветствий. Это подходила к амфитеатру процессия эдитора, дававшего игры.
Процессия через Ворота Жизни вошла на арену. Эдитор ехал на колеснице, запряженной зебрами, на его голове был золотой венок, в руках он держал скипетр из слоновой кости с золотым орлом. Впереди шли музыканты, а за колесницей следовали платформы, запряженные мулами, лошадьми, слонами. На каждой платформе стояла статуя бога или богини. Рабы несли платки, на них была написана должность, на какую претендует эдитор. Процессия обошла арену под возгласы приветствий, свист и крики. Эти процессии были необходимы: эдитор, дававший игры, хотел, чтобы все хорошо запомнили, за кого надо голосовать на выборах в сенат Рима, а толпа смотрела на эту церемонию, как на пустую трату времени.
Звук трубы возвестил о прибытии императора Домициана. Он вместе со своей семьёй и свитой, вошел в ложу через задний вход. Императорская ложа была на помосте, возвышающаяся над подиумом. Четыре колонны, увенчанные статуями богини Победы, поддерживали балдахин.
Император Домициан любил только жестокие игры. Прозвучала труба, и начался парад участников игр. Возничие ехали на колесницах. Гладиаторы маршировали в военном строю. Слоны несли башенки, в которых сидели вооруженные люди. Ехали верхом конные нубийцы. Шла кавалерия императорской гвардии. Бестиарии вели дрессированных слонов. Страусы тащили легкие колесницы. Шли заклинатели змей с обвившимися вокруг них питонами. Прошла группа бойцов с быками. На мужчинах были лишь набедренные повязки. За ними, в роскошных костюмах появились наездники верхом на жирафах, оленях, антилопах и даже на прирученном носороге. Шла группа пигмеев из африканского леса Итури. В процессии были парфянские лучники, сирийские пращники, ассирийцы с цепями, египтяне с топорами, возвращающимися после броска, подобно бумерангу, африканские метатели камней, германцы с дротиками, индийские сикхи, бросавшие кольца с заточенными краями. Прошествовали скоморохи, клоуны, карлики, одетые в шутовские костюмы. Процессию замыкал, блистая доспехами, отряд преторианской гвардии. Пройдя под бурные овации круг по арене, участники парада выстроились перед императорской ложей, отсалютовали Домициану, затем молодому эдитору. После приветствия все участники парада развернулись и строем покинули арену.
Прозвучал сигнал трубы, и сразу же сотни диких зверей начали заполнять арену. По традиции игры начинались с венации, то есть охоты на диких зверей. Число и разнообразие животных в таких охотах были поразительными, однажды в шестидневных играх было убито девять тысяч животных. Здесь были олени, дикие кабаны, медведи, быки, антилопы, козероги, шакалы, страусы, журавли, дикие лошади, гиены, леопарды и стадо домашнего скота. Казалось, что вся арена была покрыта лоскутным одеялом из разноцветных шкур. Драки вспыхивали то здесь, то там, но поскольку арена была переполнена, а животные совсем потеряли голову от страха, то драки затихали сами собой, так как давка разъединяла дерущихся. Многие животные, обезумев от ужаса, пытались хоть куда-нибудь убежать и спрятаться. Восхищенные зрители кричали и с азартом подсчитывали число животных на арене, поскольку каждое последующее представление должно быть грандиознее предыдущего. Никто из зрителей ни на минуту не задумывался над тем, какой огромный и слаженный труд требовался, чтобы одновременно доставить на арену такое количество столь разных животных.
На арену выпустили лисиц с привязанными к хвостам горящими головнями. Они метались среди животных, наводя на них ужас. Толпа ревела от восторга. Домициан возбудился от вида беспомощных животных и потребовал, чтобы ему дали лук - тучный император был великолепным стрелком, он начал стрелять в беззащитных животных под одобрительные крики толпы. Часто ему удавалось не только пронзить животное стрелой насквозь, но и поразить этой же стрелой другое, стоящее рядом. Демонстрируя свою меткость, он вонзил две стрелы в голову одного и того же животного, как бы украсив его рогами. Расстреляв более сотни животных, Домициан приказал рабу прыгнуть на арену, выбежать на середину и вытянуть в сторону руку с распростертыми пальцами. Император послал стрелы между пальцами раба. Толпа завыла от восхищения. Патриции вежливо аплодировали. Арена была полна обезумевших животных, рабу приходилось делать невероятные усилия, чтобы увернуться от их нападений. Ему одновременно приходилось следить и за животными, и за Домицианом. Неожиданно на раба сзади напал бык, поднял его на рога и бросил на землю. Раб упал между двумя медведями, которые принялись рвать его на части. Крики раба на мгновение заглушили мычание скота и ржание лошадей, пронзенных стрелами. Домициан с широкой улыбкой ждал смерти раба. Затем двумя меткими выстрелами убил обоих медведей и сел в кресло под гром аплодисментов.
Венация продлилась два часа, после чего в игрищах произошёл перерыв, в толпе сновали продавцы напитков, люди устраивали пари и с восторгом обсуждали зрелища.
Все это время под ареной Колизея, в толпе обречённых на смерть людей стоял Моррис, он совершенно не понимал что происходит, последние что он помнил, это то, что ехал за рулём автомобиля на работу, как вдруг очутился в этом жутком месте.
Он огляделся, оказалось что он находится в толпе голых людей, люди стояли опустив голову, руки и ноги закованы в кандалы, было темно, редкие лучи проскальзывали сквозь дощатый потолок. Где-то на верху, словно океан, шумел стадион, он даже подумал что скорей всего находится под Ричманд Ареной во время бейсбольного матча, как где-то совсем рядом над головой, послышался шум копыт, сомнений быть не могло, это стада животных, отовсюду слышны дикие крики животных и птиц, это были жуткие крики, такое ощущение что у него над головой происходил бой всех животных мира, Моррис обезумев от страха заорал.
- Боже, боже... спаси меня, я никогда не был верующим человеком, прости... прости меня боже! - Моррис упал на колени и как в бреду начал читать молитвы и воскликать к господу.
- Адам! Адам! - Услышал он вдруг знакомый голос и поднял глаза вверх.
Рядом с ним стоял Фрэнк, такой же голый и в кандалах.
- Фрэнки... что за хуйня тут творится, где мы?
- Я не знаю Адам, я шёл по коридору, как вдруг очутился здесь.
- Где мы?
- Я не знаю Адам.
Моррис встал с колен и обратился к рядом стоявшему человеку.
- Эй приятель, где мы находимся?
Моррис дотронулся до плеча человека к которому обратился, но тот только поднял на него пустой взгляд.
- Ты слышишь меня, где мы находимся? - Повторил вопрос Моррис и потряс того за плечё.
Сильный удар пронзил физиономию Морриса, человек ударил его кандалами и видимо сказал пару оскорбительных фраз на неизвестном ему языке.
- Успокойся Адам. - Сказал ему Фрэнк помогая встать с пола. - Похоже я знаю где мы находимся.
- Где? - Уже тихо и спокойно спросил Моррис.
- Мы в чистилище.
Прозвучал сигнал, стоявшие по периметру арены войны протрубили в рог, следующим действом римских игрищ было публичное осуждение нарушивших закон преступников – Ludi Meridiani, к виновным, приговоренным к смерти, применяли наиболее варварский вид смертной казни – Domnatio ad Bestia (Осуждение к зверям).
Дощатые двери отворились, в помещение хлынул поток света, Моррис увидел как к ним направлялись большие мускулистые войны облаченные в доспехи, войны выгнали из застенков всех заключённых, те звеня кандалами вышли на арену, людей насчитывалось около трёхсот человек, толпа амфитеатра увидав осуждённых, издала ликующий шум. Появились ещё солдаты и стали разводить людей по секторам, под ногами находилась разметка и согласно ей, солдаты расставляли людей в нужном положении, согласно составленному сценарию, в те древние времена люди мастерски готовились к зрелищам и играм.