— … А тут, товарищ генерал, осталось всего ничего. Вон, видите, рощицу? — водитель перегнулся назад к пассажиру, и показал в сторону рощи. — Вот, аккурат, за ней и тот самый пруд, где они расположились. Дмитрий Тимофеевич и Владимир Александрович, как приезжают сюда, завсегда там рыбачат. Там, знаете, какая рыба… Сейчас, как раз карп идет.
Варенников кивнул так, словно отмахнулся. Не помогло. Водитель в возрасте, словохотливый. В добавок, похоже, не узнал его, и принял за одного из обычных генералов, которые пачками приезжали к бывшему министру обороны попить водки и поговорить за жизнь. В дороге водитель ни на минуту рот не закрывал. Прямо вылитый таксист на гражданке — обо все у него было своё, единственно правильное мнение. Все он знал: и как рулить, и как экономику реформировать, и как в космос летать, и как детей воспитывать.
— … Знаете, мало этих гадов сажать. Стрелять их нужно, как бешенных собак. Я про это ворье говорю! Ну, тех, что сиротскими домами «рулили», — продолжал бубнить шофёр. — Только самые последние твари у детей воруют! Я же езжу в наш подшефный детский дом в Красногорске, вижу как им там несладко живется. Представляете, бананы ни разу не видели! Чертовы бананы! Я привёз их, даю одной кареглазенькой девчушке, а она взяла банан ручонками, хлопает глазенками и не знает, что с ним делать. Точно, и эти ворют… Я, Дмитрию Тимофеевичу все про них доложу. Нет, лучше напишу самому Варенникову! Да, так и сделаю! Он точно порядок наведет.
Сидя на заднем сидении, Варенников многозначительно хмыкнул. Не каждый день о себе такое услышишь.
— Думаете, товарищ, прапорщик, генерал Варенников поможет? — подначил он водителя, решив про самого себя ещё больше узнать. — Не преувеличиваете ли вы? Генерал Варенников обычный генерал, просто несет свою службу, как и любой другой советский о…
— Нет! — тут же рявкнул прапоршик, от возмущения дав по тормозам. УАЗ аж колом встал, едва не выбросив пассажира из сидения. — Это там вон генералы, вы — генерал, а Варенников — Генерал! Понимаете, он настоящий генерал, с большой буквы генерал!
Ещё раз повернулся к Варенникову, смерил его недовольным взглядом, и добавил:
— Вы, товарищ генерал, конечно, не обижайтесь, но помните, анекдот про «Эй, полковника, и просто полковника, и господина полковника»? Вот, и товарищ Варенников, для людей не «Эй, генерал», а «товарищ генерал». Вот так-то… Все, приехали. Вон и тот самый пруд.
Варенников в ответ покачал головой, но ничего не сказал. А чего ту скажешь — это был глас народа, а ему наплевать на регалии и грозный вид. Значит, все правильно он делает, раз про него такое говорят.
— Туды, товарищ генерал, туды шагайте, — сказал прапорщик, показывая в сторону рощи. — До двойного дуба, а там сразу к берегу спускайтесь.
УАЗик встал у приметной березы с обломанной верхушкой. Отсюда, и правда, был виден двойной дуб. Значит, ему туда.
— Валентин, заплутал? — услышал он знакомый голос, едва оказался у рощи. Огляделся, и увидел Язова с удочкой, махавшего ему рукой. Рядом Крючков в штурмовке, тёмных брюках и сапогах. — Спускайся сюда!
Варенников то же махнул рукой, поприветствовал в ответ.
Хорошее место выбрали, укромное, с трёх сторон окружённое деревьями. Прямо под раскидистым дубом стол с лавками. Чуть в стороне костер, над тлеющими углями висит казан, в воздухе витает густой запах ухи.
— Присаживайся, Валентин, — Язов кивнул на стол, а сам принялся помешивать похлебку. — Вовремя приехал. Уха доходит, ещё немного осталось. Сейчас чуть посолим.
Варенников сел с краю. Напротив расположился Крючков. Плоховато он выглядел, надо сказать. С того раза, что они виделись, ещё больше осунулся, глаза впали, заострились скулы.
— Давай, Валентин, под уху по маленькой, — Язов сел на лавку рядом, и сразу же поставил перед Варенниковым полную рюмку. Налил себе. — Володька нас то же поддержит.
— Владимир Александрович, вам же нельзя, лекарства принимаете, — удивился Варенников, глядя на Крючкова с рюмкой в руке.
Тот так на него посмотрел, что у Варенникова все вопросы отпали. Значит, не помогли ни заграничные лекарства, ни лечение, ни стальная воля самого чекиста.
— Кхе-кхе, мне теперь все можно, — через сухой кашель проговорил Крючков. — За тебя, Валентин, чтобы все у тебя получилось. Удачи тебе.
— Хороший тост, — поддержал его Язов, то же поднимая рюмку. — Удача тебе точно понадобиться.
Выпили, закусили. Расскраснелись. Теперь было самое время для того самого разговора, ради которого Варенникова сюда вызвали.