Оглядываясь назад, я понимаю, насколько все пошло не по плану. Еще вчера я был в полном порядке, а сегодня лежу тут, едва держась на плаву. Но закинув глаза за голову, я собираюсь с мыслями и спрашиваю:
- А Маша, с ней что?
Друг, сидящий у моей постели, качает головой:
- И с Машей все хорошо. Она с Марикой. Правда, эти двое цапаются, как кошка с собакой, но думаю, это временная война. Кстати, Царев спалил Машину квартиру. Если бы я не прихватил омежку с собой, один только Бог знает, что бы с ней сделали люди Царева.
Я хмурюсь, пытаясь осознать всю серьезность ситуации.
- Какие наши дальнейшие действия? - уточняю я.
Тим смотрит на меня с решимостью:
- Твоя задача выздоравливать и набираться сил, а я - поеду к Цареву. Нужно узнать, что он задумал и какие у него планы по поводу Марики. Этот подонок по горло уже стоит. Пора с ним заканчивать.
Я киваю, понимая, что выбора нет. Нужно действовать, пока все еще не вышло из-под контроля. Друг сжимает мое плечо и выходит, оставляя меня наедине с тяжелыми мыслями, которые, как назойливая мошкара, роются в моей голове.
Глава 14
Тим:
Буквально прожигаю Царева взглядом, вошедшего в лаунж-зону особняка. На стены, обшитые панелями темного дерева, стеллажи с книгами и огромный камин, в котором бушевал огонь, я уже насмотрелся.
- Не желаешь начать с виски? - Голос Царева дрожит, выдавая реакцию на мое появление.
Киваю. Царев открывает бар, достает хрустальный графин и два стакана. Я с ненавистью смотрю на этот проклятый сервиз. Он напоминает мне о тех ужасных событиях, что перевернули мою жизнь. Мама умерла от удара одним из таких графинов. Видеокамеры ясно зафиксировали, как какой-то домушник ударил ее по голове и сбежал. Но почему тогда он не забрал диадему, инкрустированную бриллиантами, что была на голове у мамы? Это не давало мне покоя.
- Прекрасный графин, - цежу сквозь зубы, глядя на хозяина дома. Уверен, что он как-то связан с гибелью моей матери. Ему явно удалось замести следы и скрыть улики. Но я докопаюсь до правды, пусть даже ценой собственной жизни.
- Да уж, семейная реликвия, - отвечает Царев, окидывая меня внимательным взглядом. - Разве ты не помнишь, что твоя мама собирала хрусталь? Ей нравилось смотреть, как он превращает солнечный свет в радугу.
- Это в ее духе, - киваю, сжимая кулаки, пытаясь сдержать ярость. Он что-то знает. Я это чувствую. И я обязательно узнаю, что именно.
Царев подходит ко мне, протягивает стакан, наполненный на половину, садится напротив.
- Анна, была особенной женщиной. Она имела уникальный взгляд на мир. Такая естественная. Настоящая. В ней не было - ни грамма фальши. В нашем мире, это большая редкость.
- Если мне не изменяет память, перед смертью, мама хотела расторгнуть ваш брак.
- Ложь! - взорвался Царев, - Анна была счастлива рядом со мной. Мы любили друг друга. - Он понюхал янтарную жидкость и пригубил. - Ты можешь представить мучения, которые я пережил после ее смерти?
Я ухмыляюсь.
- Серьезно?
- Думаешь, я не знаю зачем ты пришел? Марика сейчас у тебя, верно? - Царев делает очередной глоток. - Можешь обвинять меня в смерти Анны сколько угодно, меня это не интересует. Больше всего, меня заботит безопасность моей дочери.
- Да, меня это тоже тревожит и я не собираюсь сидеть сложа руки. Как ее старший брат, я приложу все силы, чтобы оградить Марику от опасных людей, особенно, от таких как ты.
Взгляд Царева метнулся на телефон.
- Мне нужно осведомить начальника охраны, чтобы тот открыл для тебя ворота. Если у тебя все, - обратился ко мне Царев, прижимая рукой динамик, - мои люди тебя проводят.
Выставить меня хочет? Ну уж нет. Я отрицательно покачал головой.
- Отбой, - бросил Царев в трубку.
Мой телефон выдал пару протяжных гудков. Смотрю на экран телефона. Маша.
- Да, - отвечаю сухо.
- Тимур, уже поздно... и я...беспокоюсь, у тебя все в порядке?
Я слушал ее в пол уха. По шуму в динамике я мог предположить, что она готовит.
- Что за дела у тебя по ночам?
- Просто, я решила, что...когда ты вернешься, захочешь перекусить...
- Я не голоден.
- Ты хорошо подумал?
- Мне есть о чем подумать и без тебя. Маша, иди спать. Прости. Мне правда сейчас некогда и, пора идти. - Я бросил трубку, прежде чем она успела что-то ответить.
Сидя напротив Царева, я чувствовал, как внутри все кипит от гнева. Этот человек посмел причинить боль всем, кого я любил больше всего на свете.
- Девушка твоя звонила? - поинтересовался Царев, ухмыляясь.
- Разве тебя, это должно волновать? - резко ответил я. - Вообщем, я пришел сказать тебе, что какое-то время, Марика поживет у меня. Не ищи ее и не преследуй. Ей уже 20 лет, и она в праве делать то, что не граничит с твоими желаниями.