— Я никуда с тобой не пойду, пока не закончу то, что задумала! — произнесла я, чувствуя, как внутри меня разгорается огонь решимости.
Альфа обхватил мою талию и грубо привлек к себе, его дыхание стало горячим и напряженным. Я ощутила, как его сила и решимость переплетаются с моими собственными страхами и надеждами. В этот момент я поняла, что мы стоим на краю пропасти, и только от нас зависит, сделаем ли мы шаг вперед или отступим назад
Тимур был напряжен, его глаза сверкали, как острые грани льда. В воздухе витала напряженность, словно перед грозой. Он шагнул ближе, и я почувствовала, как мое сердце забилось быстрее.
— Давно я не оставлял на тебе свою метку, — произнес он угрожающим тоном, его голос был низким и хриплым, как будто он говорил не только словами, но и инстинктами. — Ты насквозь пропиталась Царевым, это не устраивает меня.
Я попыталась отстраниться, но его рука, крепкая и властная, остановила меня. Я знала, что он не шутит. В его взгляде читалась решимость, и в то же время — нечто большее, что заставляло меня дрожать от волнения.
— Тимур, я... — начала я, но он не дал мне закончить.
— Молчи, — резко перебил он, наклонившись ближе. Его дыхание было горячим, и я почувствовала, как меня охватывает страх и волнение одновременно. — Ты должна понять, что принадлежишь мне.
Он медленно провел пальцем по моей шее, и я невольно зажмурилась от неожиданного прикосновения.
— Ты не можешь просто так взять и оставить на мне метку, — прошептала я, открывая глаза и встречая его взгляд. — Я не твоя собственность.
Тимур усмехнулся, его губы изогнулись в дерзкой улыбке.
— Ты не понимаешь, Маша. Это не просто метка. Это обещание. Я сделаю так, чтобы никто не посмел на тебя посягнуть.
Он наклонился ещё ближе, и мое сердце забилось в унисон с его дыханием. Внезапно он прижал меня к стене, его губы коснулись моей шеи, и я почувствовала, как его зубы слегка задели кожу.
— Царев не сможет прикоснуться к тебе, — произнес он, и в его голосе звучала уверенность, которая не оставляла места для сомнений.
Закрыв глаза, я ощутила, как его губы скользят по моей шее, и в этот момент я поняла, что не могу сопротивляться.
— Тимур, — прошептала я, и в моем голосе звучала смесь страха и желания. — Я не знаю, что будет дальше...
— Не думай об этом, — прервал он меня, и в его голосе звучала властная нотка. — В ближайшее время, Царев позвонит мне и сам попросит тебя забрать. Он не сможет смириться с тем, что его собственность, больше ему не принадлежит.
И в этот момент, когда его зубы вонзились в мою шею, оставляя на ней метку, я поняла, что это не просто момент. Это было начало иной жизни, полной еще большей опасности, где мы оба были готовы сразиться за то, что нам дорого.
Глава 25
Марк. Тим вернулся от Царева в состоянии, близком к ярости. И это еще мягко сказано. Прочитав накануне пригласительное письмо, он принял осознанное решение отправиться на этот чертов раут, надеясь, что сможет переубедить Машу и вернуть её. Он был полон решимости попытаться изменить её решение выйти замуж за этого отбитого негодяя, который, казалось, не ценил её так, как она того заслуживала. Но, судя по всему, его попытки не увенчались успехом. Теперь же, Тимур встречал у себя приглашенных омежек. Они, одна за другой, вваливались в его дом, словно стая весёлых птиц, и сразу же кучковались у бара, занимая места на диванах и в креслах. Музыка гремела из колонок, создавая атмосферу праздника, в то время как спиртные напитки лились рекой, а закуски и прочие блюда быстро заполняли столы. Тим, казалось, был полон энергии, как никогда. Он решил оторваться, отомстить Маше за её выбор, за все дни, когда он чувствовал себя потерянным и одиноким. - Дружище, - послышалось у меня за спиной, и я почувствовал тяжёлую руку Тима на своём плече. Я обернулся и увидел его лицо, искаженное смесью веселья и отчаяния.
- Хватит протирать хренов стул. Иди к нам. Девочки заждались. - Настроения нет, - отмахнулся я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна противоречивых эмоций. В отличие от альфы, я не забывал о Марике. Я не планировал предавать её, даже в такие трудные времена. - Ты не понимаешь, - с легкой усмешкой ответил Тим, наклоняясь ближе, чтобы перекрыть шум музыки. - Это не просто вечеринка. Это шанс отвлечься, выкинуть из головы все дерьмо, что с нами произошло. - Он задержал на мне взгляд на пару секунд, и в его глазах я заметил нечто большее, чем просто веселье — там было отчаяние и сомнение. Он не хотел того, чем сейчас занимался. С какой целью он устроил эту блядскую вечеринку? Возможно, он надеялся, что шум и веселье помогут ему забыть о Маше, но в глубине души понимал, что это лишь временное облегчение. Я вздохнул, глядя на его искреннее, но уставшее лицо. - И что, ты думаешь, что несколько бутылок виски и танцы с омежками помогут тебе забыть? - спросил я, пытаясь сохранить спокойствие. - Да, именно так! - воскликнул он, и в его голосе прозвучала нотка отчаяния. - Я не могу больше думать о ней. Я не могу! - Но ты не можешь просто игнорировать свои чувства, Тим. Это не сработает, - сказал я, чувствуя, как внутри меня нарастает напряжение. - А что ты предлагаешь? - он отступил на шаг, его глаза сверкали от эмоций. - Сидеть и плакать? - Нет, я не предлагаю плакать, - ответил я, стараясь говорить спокойно. - Но и не стоит прятаться за маской веселья. Это не поможет. В этот момент к нам подошла одна из омежек, с яркой улыбкой на лице. - Эй, мальчики! Что вы тут стоите? Пойдемте танцевать! Тимур, не дождавшись моего ответа, схватил её за руку и потянул к танцполу. - Видишь? - бросил он мне через плечо. - Я не одинок! Я остался стоять на месте, наблюдая, как он растворяется в толпе. Внутри меня боролись чувства. Я понимал, что он пытается справиться с болью, но не мог не думать о том, что эта вечеринка — лишь временное укрытие от реальности. - Ты не можешь убежать от своих чувств, Тимур! - крикнул я, но его уже не было слышно. Я вздохнул и, наконец, решился подойти к бару. Может быть, мне тоже стоит попробовать забыть, хотя бы на время. - Что будешь пить? - спросила одна из омежек, подмигивая мне. - Просто воду, - ответил я, стараясь не выдать своих мыслей. - О, давай, не будь скучным! - она засмеялась. - Вечеринка только начинается! Я посмотрел на неё и, наконец, улыбнулся. Может быть, стоит попробовать отдохнуть, даже если это не решит моих проблем. - Ладно, налей мне что-нибудь крепкое, - сказал я, чувствуя, как напряжение начинает отпускать. В этот момент я заметил, как Тимур, смеясь и танцуя, достает телефон и пытается снять видео, целуя омегу, с которой танцует. Его глаза светились от веселья, а губы растянулись в широкой улыбке. Я отставил стакан на столешницу, чувствуя, как внутри меня закипает раздражение, и подошел ближе, чтобы лучше рассмотреть происходящее. Тим записывал видео обращение, и его голос звучал весело и игриво. — С этой минуты ты можешь делать то, что пожелаешь, чертова ты омежка, — произнес он, явно обращаясь к Маше. Омежка, которая купалась в его объятиях, смущенно улыбалась, пряча лицо в волосах. Я не мог сдержать недовольство. — Только не говори, что ты ей это отправишь, — упрекнул я альфу, чувствуя, как внутри меня нарастает напряжение. Тимур лишь пожал плечами, его самодовольный оскал говорил о том, что он не собирается останавливаться. — Уже, — коротко ответил он, и в его голосе звучала нотка триумфа. — Ты пожалеешь об этом, — бросил я, прежде чем развернуться и уйти, не желая больше наблюдать за этой сценой. Внутри меня бурлили эмоции, и я чувствовал, как сердце стучит в унисон с моим гневом. — Плевать, — раздалось позади, и его слова врезались мне в спину, как острый нож. Я остановился на мгновение, но не обернулся. Зачем? Чтобы увидеть его самодовольное лицо? Нет, я не собирался давать ему это удовольствие. На улице я глубоко вздохнул, стараясь успокоить свои мысли. В голове крутились образы: Тимур, смеющийся, и Маша, с ее невинной улыбкой. Я понимал, что это всего лишь игра для него, но мне было невыносимо больно видеть, как он так легко обращается с чувствами других. Очевидно же, что девчонка находится у Царева не по собственной воле. — Эй, ты куда? — раздался голос позади. Альфа догнал меня, и в его глазах читалось беспокойство. — Просто мне нужно немного побыть одному, — ответил я, стараясь скрыть свои эмоции. — Эй, приятель, я не хотел тебя обидеть, — сказала он, останавливаясь рядом. — Но у тебя получилось, — усмехнулся я, не в силах сдержать сарказм. Он нахмурился, и я увидел, как его лицо меняется. — Ты не понимаешь, Маша не такая, какой кажется. — Да, она не такая, — перебил я, чувствуя, как гнев снова поднимается. — И ты не должен позволять себе так с ней обращаться. Тим склонил голову на бок и удивленно поднял бровь, я почувствовал, как внутри меня что-то сжалось. — Я устал за ней бегать, — начал Тимур, но я не дал ему закончить. — Маша заслуживает большего, — сказал я, глядя ему в глаза. — Не позволяй себе играть с ее чувствами.