Больше других детей Сталин любил дочь Светлану, очень похожую на него. И она, обладая, по ее собственным словам, очень похожим характером, с самых юных лет испытывала сильную привязанность к отцу. Тем не менее, Сталину не удалось сделать из Светланы истинную патриотку. Существуют письменные свидетельства искренней любви его к дочери. В письмах он называл ее «моя хозяюшка» и подписывался «твой секретарь». Но лишь стоило его патологическому недоверию уловить признак опасности, как он тут же скрутил «хозяюшку» в бараний рог. Первого возлюбленного дочери, журналиста и режиссера А. Каллера, Сталин на десять лет посадил в лагерь; Каплер был «подозрителен» тем, что у него была сестра во Франции, и он, кроме того, будучи журналистом, встречался с двумя американскими корреспондентами. В шестидесятые годы Светлана опубликовала в США книгу — критический ретроспективный взгляд на жизнь и деятельность ее отца. Эта не всегда и не во всем объективная книга послужила для нас источником ценных биографических подробностей.
Борис Бажанов рисует Сталина как политика по страсти, человека, которого интересовала только власть, что и было, по Бажанову, его единственным пороком. Деньги Сталина не интересовали (при желании он мог их иметь, сколько пожелает), он был равнодушен к развлечениям и спорту, «женщины — кроме собственной жены — для него не существовали». Последнее утверждение не подтверждают рассказы профессора Плетнева, дошедшие до нас из мемуаров Романо-Петровой (по крайней мере в том, что касается периода после смерти его второй жены — на этом мы еще остановимся ниже).
Надежда Аллилуева была дочерью железнодорожника, с которым Сталин был знаком еще по Тифлису. Вернувшись в 1917 году в Петроград из ссылки, он жил в доме Аллилуева, а в марте 1919 года, во время гражданской войны, женился на Надежде, которая была моложе его на 22 года. Несмотря на молодость она была очень серьезным человеком, убежденной коммунисткой, работала в Народном комиссариате по делам национальностей и училась в Академии народного хозяйства. В 1921 году у них родился сын Василий, а четыре года спустя — дочь Светлана. Вскоре к семье Сталиных в Москву перебрался и Яков — сын Сталина от первого брака. Он был всего на семь лет моложе Надежды, которая относилась к юноше, не слишком избалованному отцовской лаской, как любящая мать. Надежда любила Сталина не только как мужа и отца ее детей, но и как вождя партии, к которой она принадлежала всей силой своих убеждений и идеалов. Быстро узнав его тяжелый характер, она, вначале даже не без успеха, пыталась держать под контролем его настроения и капризы. Надежда строго избегала любых привилегий и настояла на том, чтобы ее дети посещали обычную школу — воспитатели отвозили их туда в автомобиле, а после окончания занятий так же снова отвозили обратно в Кремль. За кремлевскими стенами Надежда была строго изолирована от всего, происходившего вне этих стен, и лишь из контактов с другими слушателями академии до нее доходила кое-какая информация. Это, по-видимому, сыграло свою роль в ее преждевременной смерти.
Тихий геноцид
Мысль о том, что он избран судьбой для свершения особых политических и исторических деяний, впервые, наверное, появилась у Сталина в начале первой пятилетки 1928–1933 годов. Миссия, к которой он чувствовал себя призванным, состояла в том, чтобы довести промышленный потенциал Советского Союза до уровня западного, а это возможно было сделать только путем коллективизации сельского хозяйства и ударной модернизации промышленности. Он считал, что достаточно укрепил свои позиции для того, чтобы окончательно порвать с ленинским компромиссом — НЭПом, к которому всегда относился прохладно, и приступить к новому гигантскому преобразованию страны. Делалось это теми же методами грубого принуждения и жестокого террора, эффективность которых была проверена еще во времена военного коммунизма. Подобное предприятие в данный момент, по мнению Сталина, уже не таило в себе особого риска, поскольку с исключением из партии Григория Зиновьева и ссылкой Льва Троцкого в Алма-Ату в январе 1928 года путь к единоличной власти был открыт.