— Дамы? — заинтересованно встрепенулся Юнис, позабыв, что миловидная служанка зашивает на нём рукав. — Погоди, мне сказали, что едешь ты, Кирс, его ушастый дружок анубис и какая-то прекрасная дама.
— Что за дама? — Энгас развернулся с завидной для раненого ловкостью и посмотрел на Кибелла. — Ты ничего не говорил.
— Между прочим, это нечестно, прятать дам от лучших друзей, — заметил Реймей, усмехнувшись. — Особенно неженатых.
— Она замужем? — деловито осведомился Юнис и тут же небрежно махнул рукой. — Впрочем, какая разница! Так кто же она?
Кибелл насмешливо поглядывал на них, поглаживая белую шерсть постепенно успокоившегося и замурлыкавшего Феликса.
— Успокойтесь, жеребцы, — наконец, произнёс он. — Клянусь, это будет для вас сюрпризом. Но за последствия я не отвечаю.
— И больше ты ничего не скажешь? — уточнил Энгас, заискивающе заглядывая в глаза своему королю. — Совсем-совсем ничего?
— Ни слова, — ласково улыбнулся тот.
Юнис недовольно пожал плечами.
— Боюсь, ты просто набиваешь своей красотке цену. Вряд ли она так ослепительна…
— Кто говорил, что она ослепительна? — поинтересовался Донгор.
— Ты видел её? — обернулся к нему Реймей. — И как?
— В первый момент у меня перехватило дыхание. У тебя тоже перехватит.
— У тебя? — Юнис рассмеялся, глядя на придворного механика. — Пока у меня перехватывало дыхание, когда я смотрел на тебя. Ты знаешь, они чуть не удавили меня? — он взглянул на Кибелла.
Тот нахмурился и посмотрел на Реймея.
— Что за история? Он говорит о том, о чём я подумал? Рука душителя? Ты упражнялся на нашем союзнике и особе королевской крови?
— А если у них были причины? — спросил Энгас.
— Это не тема для шуток! — резко оборвал его король Дикта. — Они хотя бы принесли извинения? — он снова обратился к Юнису.
— О, нет! — усмехнулся тот. — Но они милостиво оставили мне жизнь и пообещали, что если я буду вести себя хорошо, они не изменят своего решения. Они ведь говорили не от именилекаря и механика. Они говорили от имени Совета Храма.
Пальцы Кибелла стиснули шерсть кота и тот встревожено смолк. Чёрные глаза короля с мрачным подозрением перебегали с лица Реймея на Донгора и обратно. Энгас встревожено смотрел на братьев.
— Вы сказали, что входите в Совет? — тихо спросил Кибелл.
— Не только они, — ответил за них Юнис. — И ты, и твой сынок, и Энгас… Все, кроме меня!
— Вы рассказали об этом непосвящённому? — очень тихо, с угрозой в голосе уточнил Кибелл. — Еретику?
Юнис почувствовал себя неуютно. Он вдруг понял, что для его собрата это дело совсем нешуточное. Он заметил, как Энгас с усилием приподнялся и, не сводя глаз с короля, придвинулся ближе к нему. Юнис понял, что допустил ошибку, опрометчиво рассказав о том разговоре во дворце.
— Они почти ничего не сказали, — поспешно произнёс он. — Только то, что Совет существует, что они продолжат твоё дело, даже если тебя нет, и что ситуация не так безнадёжна, как мне казалось. И больше ничего. Я никому не собираюсь пересказывать это!
Кибелл продолжал смотреть на братьев, но те, в отличие от Юниса, не выглядели встревожено. Наоборот, они встретили взгляд короля твёрдо и спокойно.
— Это была не наша идея, — объяснил, наконец, Реймей. — Мы имели основания опасаться предательства со стороны короля Оны. Его пособничество врагу могло дорого нам стоить. Мы просто решили его припугнуть.
— Именем Совета? — мрачно уточнил Кибелл. — И вы раскрыли его чужаку?
— Так решил Совет, — тоном, не терпящим возражений, произнёс Донгор. — Мы были в отчаянной ситуации. Нам нужно было срочно разобраться, кому мы можем доверять, кому — нет. И закрепить за собой своих союзников.
— Глупцы… — раздражённо проворчал Кибелл, отворачиваясь. — Таков наш новый Совет? — он заметил взгляд Энгаса. — Что ты на это скажешь? Не будучи уверенными в союзнике, они слегка придушили его, а потом огорошили таким потрясающим доверием.
— Они были в панике, — пояснил Энгас. — К тому же они плохо знают Юниса. Он умеет выглядеть хуже, чем есть на самом деле. В конечном счёте, ничего страшного не произошло. Вряд ли имея ту информацию, что они выдали, можно сделать правильные выводы. Да и время тайн проходит. После того, что люди узнали о Сыновьях Аматесу, это — лишь невинная болтовня. Да и кто сомневался, что стратегические вопросы войны и мира всегда решались нами при участии монахов?