— Что бы ни случилось с Кирсом, не бросай меня, мальчик, — произнёс он. — Ты понял?
Тахо кивнул и измученно взглянул на короля.
— А что же с ним будет? Неужели мы ничего не предпримем, чтоб спасти его?
Кибелл со вздохом отстранился.
— Я не знаю, я без конца думаю об этом. Не считай, что я смирился с тем, что могу потерять единственного сына. Но мы должны действовать осторожно, чтоб не навредить ему. Может, они ещё не знают, кто попал к ним… Он достаточно умён, чтоб выбрать правильную манеру поведения. Я надеюсь… А потом… Мы же даже не знаем, где он. Куда его отвели? Конечно, если что-то удастся узнать нашим лазутчикам, они сообщат. При любой возможности они сделают всё, чтоб вызволить его, но… Я хочу, чтоб ты понял, — Кибелл положил руку ему на плечо, — эти люди не любят шутить и чужая жизнь для них — ничто… Только милость Аматесу помогла избежать смерти мне, Энгасу, Юнису и другим, кто ускользнул от них. Но уже слишком многие погибли от их рук. Будем надеяться и ждать возможности что-нибудь предпринять.
Тахо какое-то время смотрел ему в глаза, а потом порывисто обнял.
— Простите, отец, — пробормотал он. — Простите, что я заставил вас волноваться и бросил вас в такую минуту. Я всё понял и больше никогда не допущу такой ошибки. И простите, что я мог подумать, что вы смиритесь с тем, что случилось с Кирсом. Я не верю в ваших богов, но я буду молиться своим. Обещаю.
— Хорошо, Тахо, — король погладил его по голове. — А теперь иди к себе. Успокойся, приведи себя в порядок и можешь вернуться, если не захочешь спать.
— Мы обсудим, как нам вытащить Кирса? — спросил Тахо.
— Да. Может, нам что-то и придёт в голову.
Тахо с энтузиазмом закивал и выбежал из шатра. Кибелл вздохнул и поправил на плечах тёплую накидку. Взгляд его рассеянно скользил по плану столицы, лежащему на столе.
— Я ему завидую… — произнёс он, наконец. — Если б я мог вот так же сломя голову броситься на врага, а не сидеть тут, думая, жив ли сейчас мой сын…
— Судя по всему, ты тоже не собираешься полагаться на милость Аматесу… — заметил Энгас, тяжело поднимаясь. Опираясь на посох, он подошёл к королю и присел рядом.
— Аматесу не любит пассивных людей, ты же знаешь. Он помогает тем, кто действует. Нужно делать хоть что-то. Но что?
— Давай подумаем…
— Нам не хватает сведений. К тому же слишком много других вещей, о которых нужно подумать.
Энгас печально покачал головой, глядя на него.
— Ты человек, Кибелл, и ты имеешь право на собственные мысли и чувства. Ты не можешь постоянно быть королём и не давать себе ни минуты передышки. Сейчас нас здесь двое, и я прошу тебя расслабиться хоть ненадолго. Что тебе мешает?
— Я король, Энгас, — вздохнул тот. — Я король…
Кристоф
I
Кирс дважды пытался сбежать. То, что сперва выглядело совсем несложным делом, на поверку оказалось не таким простым. Его конвоир шёл чуть сзади, не отставая ни на шаг, и время от времени легко прикасаясь к плечу принца, направляя его. Он не был груб, не угрожал и не бряцал оружием, и его спокойная уверенность смущала мальчика, Первый раз он решился наудачу. По пути им встретился небольшой ручеек и, перепрыгнув через него, Кирс, не снижая скорости, понёсся по лесу. Его лопатки чесались и ныли от страха получить пулю или лучевой удар в спину, но он бежал, привычно петляя между деревьями. Он не слышал преследования позади, но слева вдруг что-то мелькнуло, и дорогу ему преградил наёмник. Кирс ошарашено смотрел на него. Его охранник даже не запыхался. Его взгляд был твёрдым и предостерегающим. Он вытянул перед собой руку и положил ладонь на грудь принца.
— Не так быстро, молодой господин, — произнёс он по-алкорски. — Иначе ты быстро устанешь.
То, что Кирс считал своим козырем, внезапно утратило значимость. Он в одно мгновение понял, что его спутник не хуже чем он ориентируется в лесу и владеет навыком быстрого и беззвучного движения, каким обладали лишь лучшие королевские егеря, и который никак не давался самому Кирсу. Он понял, что сбежать, полагаясь только на своё чутьё и лёгкость молодых ног, ему не удастся. И он стал ждать возможности перехитрить противника.
Довольно долго он шёл, тщетно пытаясь придумать что-нибудь, но вдруг показалась небольшая полянка, заросшая по краям высокой травой с алыми султанами цветов. Кирс улыбнулся. Он вспомнил, что это за полянка. Как наяву, он увидел то, что ему случалось наблюдать с борта идущего на посадку звездолёта: ровные желтоватые площадки, украшенные чёрными концентрическими кругами.
Раздвинув высокую траву, он смело шагнул на заросшую жёлтым мхом площадку. Как он и предполагал, нога тут же ушла вглубь, и топь с чавкающим звуком обхватила его сапог. Припав на одну ногу, он испуганно охнул и обернулся, протягивая руку за помощью. И конечно, он её получил. Почувствовав ладонью хватку сильных пальцев, он быстро перенёс центр тяжести на другую ногу и, рванув противника вперёд, направил его в болото, а сам, вскочив, понёсся прочь. Безусловно, он испытывал некоторые угрызения совести из-за того, что толкнул в болото человека, предложившего ему помощь, но война есть война.