Весь день мы были в пути, и половину этого дня меня занимал вопрос, как держаться на спине лошади, которая прыгает как олень. Это были особые лесные кони, с очень длинными ногами и короткой спиной. Они с лёгкостью бежали по лесу, перескакивая через ручьи и бурелом, а мне, никогда не пробовавшей свои силы в родео, приходилось призывать на помощь всю свою ловкость и выносливость, чтоб не оказаться в какой-нибудь луже или на муравейнике. В полдень мы сделали небольшую остановку на укромной поляне, где из высокой травы торчали несколько рыжих камней. Пока кони отдыхали и жевали травку, а Тахо наскоро запихивал в себя белковый концентрат, король и его сын прошли по почти неразличимой тропке к камням и, остановившись перед ними, замерли, шепча едва различимые и совершенно не понятные мне слова. Вмешиваться я не стала, понимая, что они заняты очень важным делом. Потом они вернулись, и Кибелл, уже заскакивая на спину своего богатырского коня, произнёс:
— Дальше будет легче. Мы поедем прямо вдоль звёздного меридиана.
Что это значит, я спросить не успела, потому что он снова помчался вперёд, а Кирс поспешил за ним, отставая лишь на корпус. Рот Тахо по-прежнему был набит концентратам, потому я снова залезла на своего Буцефала и поскакала следом за королём.
С этого момента я поняла, что уже хорошо научилась держаться на спине этой помеси лошади с пятнистым оленем и даже к чему-то вспомнила, что косматые коньки древних арбэров — одного из двенадцати великих народов цивилизации бергар были чем-то похожи на моего скакуна. А потом я ощутила, что моя недавняя усталость и ломота в суставах прошли. Более того, я чувствовала, что меня переполняет энергия, а потом, наконец, разобрала, что исходит эта энергия от земли и смысл слов «звёздный меридиан» стал мне понятен. Мы ехали по силовой линии, одной из тех, на которых концентрировалась первозданная энергия планеты. Только странно было, что её так легко усваивает мой инопланетный организм. Впрочем, от таких подарков не отказываются, и потому я продолжала путь, наслаждаясь приятным ощущением накапливающейся во мне силы.
Уже к вечеру кони с галопа перешли на рысь. Было видно, что они устали, хоть и бежали полдня по столь благодатной дороге. А когда наш путь начал подниматься в горы, и вокруг потихоньку сгустились сумерки, Кибелл попридержал своего коня и тот с готовностью перешёл на шаг.
— Теперь можно не торопиться, — произнёс король, обернувшись к нам. — К темноте мы будем дома.
— И ляжем спать в тёплые и чистые постели… — мечтательно пробормотал Тахо.
— А перед этим хорошенько поужинаем… — улыбнулся Кирс. — Как ты относишься к жареной оленине, друг мой?
— Если ты не прекратишь, то я на слюну изойду! — фыркнул Тахо.
— А благородная дама опять молчит, — заметил Кибелл, снова придерживая коня и пристраиваясь рядом со мной. — Ты всегда так молчалива, бергара?
— Я не бергара, — покачала головой я. — Мои родители — чистокровные земляне и я родилась на Земле.
— Мне просто нравится это слово, — небрежно пожал плечами он. — Это звучит загадочно и благородно, и очень соответствует твоей ауре, — Кибелл осторожно провёл ладонью возле моего затылка. — Она радужная с золотым оттенком.
— Ты, по-прежнему, видишь ауру? — удивилась я, припомнив, что он говорил об этом ещё при первой нашей встрече.
— Если я видел её, когда был болен, то что помешает мне видеть её, когда я здоров? Кирс ведь тоже видит, верно, мальчик?
Кирс немного смущённо посмотрел на меня, а потом перевёл взгляд на отца.
— Я думал, что не стоит рассказывать об этом всем…
— Почему? Что страшного, если все узнают, что у наследного принца есть особый дар, позволяющий ему видеть сияние души, или лечить наложением рук некоторые болезни?
— У детей? — заинтересовалась я, припомнив, что именно малыши стремились проскочить под его ладонью.
— Не только. Правда, для лечения ему ещё не хватает опыта и это требует много сил и сосредоточенности. Но общее профилактическое действие имеет даже лёгкое прикосновение его руки. Если конечно он прикасается с намерением передать человеку часть своей любви и заботы, а не даёт затрещину.
Заметив, что Кирс окончательно смутился, Кибелл рассмеялся.
— Конечно, мой мальчик, ты не волшебник. Но если люди верят, что твоя рука несёт им здоровье и счастье, то их вера с лихвой компенсирует отсутствие у тебя нужных параметров биополя. Людская вера — великая вещь.
— Параметры биополя… — усмехнулась я. — Неожиданные слова для волшебного короля.