— Алекс, не надо, — тихо проговорил я, — сейчас не время для выяснения правильности наших поступков, — я глубоко выдохнул, — что было — то прошло. Не нужно так назойливо ворошить прошлое.
— Ах да, прости, ты же не любишь, когда всё сводится к теме прошлого? — сказала Екатерина, словно прочитав мои мысли и презрительно взглянув на Алекса.
— Да мне вообще плевать на это всё, — отрезал Алекс, — просто у нас за окном гора подобных живых трупов, готовых проснуться в любой момент и неизвестно что с нами сделать, а мы тут выясняем какой же хороший защитник Юпитер и что Соул — это просто кусок железа с кожей.
— Следи за языком, Алекс, — Соул подошёл к нему вплотную, — ты ведёшь себя как истеричка.
— Знаешь, что, Соул, — он вплотную встал к нему, ткнув пальцем в грудь, — если бы не я, то не было бы всех этих исследований и открытий, не было бы ни этих браслетов для отслеживания, не было бы операторов, в том числе и Юпитера. Мне кажется вообще не было бы всей этой ситуации — он выдержал долгую паузу, переводя на меня взгляд, — и этой сволочи на месте главного инженера тоже бы не было.
Соул молча оттолкнул Алекса, отойдя к окну. Было видно, как у него дрожат руки. Он сдерживался изо всех сил, подавляя эмоции. Как и следовало настоящему военному, сияющему дисциплиной и сдержанностью.
Меня передёрнуло. В груди почувствовался холод, переходящий в жар. Я готов был сделать шаг, но Екатерина преградила мне путь рукой.
— Ты слишком много на себя берёшь, Алекс, — озлобленно сказала она, — если бы не Мартин, твоих бы разработок вообще бы никто и никогда не увидел, и не заметил.
— Это я много на себя беру? Можно было просто попросить дождаться меня на том совещании и дело с концом, — проворчал Алекс, — но нет же, нам наплевать на горе близкого друга. Мы должны присвоить всё себе и занять неположенное место.
— Я хотя бы хорошо справлялся со своей работой до этого дня, — тихо проговорил я, — не вёл себя как ребёнок и не ныл о том, что могло бы быть по-другому.
Я отодвинул руку Екатерины, подойдя к Алексу:
— Я очень и очень сожалею о том, что тогда сделал этот шаг, — я положил руку ему на плечо, — но Екатерина тоже права. Меня могли тогда просто выгнать и не было ничего, что мы имеем сейчас. Я благодарен тебе за такой шанс и никогда за него не смогу расплатиться.
— Я уже расплатился за тебя, — прошептал Алекс, — жизнью своей жены.
Раздался сильный грохот и шум. Лабораторию начало трясти, словно снизу кто-то пытается перевернуть её. Затем раздался выстрел — мы обернулись. Существо, лежавшее на столе, теперь свисало с него верхней частью туловища и вытянув руки. Соул стоял напротив покрытого корой существа, направив на него «Артемиду».
— Эта сука пыталась меня схватить, — громко дыша, протараторил Соул.
Я подбежал к окну. Большую часть шахты покрыли торианитовые шипы. Лабораторию пронзили несколько чёрных кристаллов, окружив её. Вдали виднелся бур, окружённый точно такими же. Но на этот раз пустеющими.
Я бросил взгляд чуть ниже — около раскопщиков-транспортёров медленно шагала толпа существ. Десятки покрытых корой и торианитом бывших рабочих, с широко раскрытыми ртами и пустыми глазницами, с вытекающих из них чёрной жидкость направлялись в нашу сторону.
— Вы только посмотрите, — тихо проговорил я, — его терпение и правда скоро закончится.
— Ты опять о своём «уроборосе»? — бросил Соул.
— В этот раз он прав, — послышался голос Екатерины, — скоро всё здесь обрушится к чёртовой матери.
— И что мы собираемся делать? — проговорил я, тут же ответив на свой вопрос, — я бегом в командный центр, Совет Директоров должен знать об этом. Они могут нам помочь.
— Ты в этом уверен? — раздался голос Соула. Я обернулся — он медленно подходил ко мне, направив «Артемиду» в мою сторону.
— Ты что творишь? — пятясь назад, проговорил я, — сейчас не время для этого, мы же это только обсуждали.
— Я не позволю, чтобы эти сволочи что-то знали, — он взвёл курок, — мы и сами со всем справимся.
— Как ты собираешься это сделать? — дрожащим голосом спросил я.
— А это уже ты решишь, — усмехнулся Соул, — ты же у нас тут главный инженер.
Между нами пролетел Юпитер, наставив наэлектризованные конечности на каждого из нас.
— Консерва, — Соул махнул пистолетом, — эта штуковина прострелит вас обоих, ещё и пробьёт стекло.
— Мистер Мартин находится под моей защитой, Соул, — глаза робота налились красным цветом, — попрошу тебя убрать оружие.
Соул остановился на месте, продолжая держать меня на прицеле. Я почувствовал, как со лба стекают капли пота. Я не слышал собственных мыслей от громкого сердцебиения, отзывающегося эхом по всей голове.
— Соул, успокойся, — Екатерина стояла рядом с Соулом, подставив к его горлу плазменный резак, — опусти оружие — это крайние меры. Но я знаю, что делать, — она качнула головой в сторону Алекса, затем в мою — и они тоже.
— Даже не думай, я не возьмусь за это, — пробубнил Алекс, выхватив из-за пояса шоковый разрядник и направив на Екатерину, — я ни за что не сделаю этого.
Я быстрым движением выхватил иглострел с бедра, подставив к голове Алекса:
— Пожалуйста, убери эту штуковину от её головы.
— О чём говорит Алекс? — Соул пристально смотрел на меня в ожидании объяснений. Его рука крепко сжимала пистолет, направленный на меня.
— Хорошо, я понял к чему вы клоните, — я взглотнул, — когда мы с Алексом разрабатывали Юпитера, мы встроили в него неактивную бомбу разрушительного действия.
— В каком это смысле? — удивился Соул.
— Это деструктор бозонного поля, — тихо проговорил Алекс, — я пытался отговорить его от этой идеи, но безуспешно.
— Мне самому пришлось ковыряться в Юпитере и попытаться сделать задуманное, для экстренных ситуаций — наподобие той, что происходит сейчас, — я перевёл взгляд на Алекса, — но в бозонике я не особо разбирался и поэтому мог разнести всю нашу лабораторию вместе с нами.
— Я согласился ему помочь тогда, — продолжил Алекс, — но отказался встраивать катализатор импульса.
— О какой это хрени вы говорите? — непонятливым голосом протянул Соул.
— Деструктор бозонного поля — механизм самоликвидации Юпитера, содержащий в себе анти-бозоны. При механизме срабатывания высвобождается энергия, контактирующая с бозонами окружающего пространства и существ, разрушая глюонную связь между частицами, тем самым превращая всё в пыль, — трясущимся голосом проговорил я.
— То есть ваша идея в том — чтобы разнести здесь всё нахрен в пыль, включая нас? — усмехнулся Соул.
— Не всё, — прервал его Алекс, это действует всего лишь в радиусе сотни метров.
— Тогда какой от этого толк? — пробубнил Соул.
— Ну, мы можем сообщить Совету Директоров и вызвать помощь, — процедила Екатерина, продолжая держать плазменный резак у горла Соула.
— Или мы можем просто прострелить здесь и сейчас друг другу головы, в одно нажатие, — процедил я, после чего наступила тишина.
Соул с силой сжимал «Артемиду», направив её в мою сторону, Юпитер повис в воздухе между мной и им, выставив искрящиеся конечности в обе стороны. Я уверенно держал иглострел у виска Алекса, мысленно моля его о том, чтобы он согласился и опустил оружие. Трясущиеся руки Екатерины держали плазменный резак у шеи Соула, в то время как её затылок упирался в шоковый разрядник Алекса.
Мы стояли в замкнутом круге, готовые застрелить друг друга в то время, пока к нам медленно, но верно плетётся толпа неизвестных существ. Порождения ночного кошмара, покрытые корой и торианитовыми кристаллами — неизвестно кем управляемые и для чего.
Человек, с которым мы с детства всё делали вместе. Близкий друг и мой главный помощник. Моя любимая женщина, готовая пожертвовать собой, встав на мою сторону. Лучшее творение всей моей жизни и я — все стояли, сомкнувшись в смертельном круге, готовом разорваться в любой момент.