— Что правда, то правда, — глубоко выдохнул Алекс, — ты меня убедил, всё-таки ты здесь главный инженер.
Раздался щелчок и двери подъёмника открылись — мы оказались в кабине управления буром.
Я коснулся скафандра в области шеи, проговорив в передатчик:
— Соул, мы на месте, ты там как?
— Дохрена комнат и непонятных панелей, и рычагов. Я в каком-то грёбаном лабиринте, — он выдержал паузу, — но не переживай, я справлюсь.
— Тебе нужны только две комнаты — запуск двигателей и разогрева плазменной установки.
Наступило молчание. Были слышны лишь звонкие шаги Соула по металлическому полу помещения.
— Ну, судя по огромным гудящим шарам, светящимся синим, первую комнату я нашёл.
— Тогда можешь начинать, — усмехнулся я и отключился от передатчика, — всё-таки я им поражаюсь — такая самоуверенность мало у кого есть, и ведь ничего не боится.
— А мне кажется это влияние имплантатов, — пробубнил Алекс.
— Не думаю, — направляя небольшие рычаги и разглядывая приборную панель, сказал я, — эти железки не изменят души человека.
Почувствовалась сильная тряска. Соул запустил двигатели — механический скорпион задребезжал на месте, словно перевёрнутая букашка. Я потянул несколько рычагов на себя — медленным и аккуратным движением механически конечности бура твёрдо встали на поверхность.
— Ну как, неплохо? — раздался голос Соула в передатчике.
— Да ты просто красавчик, — усмехнулся я, — раньше это было немного побыстрее, но для тебя неплохо.
— Направляюсь во вторую комнату, — довольным голосом сказал он, — как она должна выглядеть?
— По большому длинному коридору прямиком до упора, — чётко проговорил я, — ты окажешься в области рядом с зубьями этой махины — своеобразное гудение выдаст место назначения.
— Хорошо, понял, — послышалось учащённое дыхание Соула и быстрые стуки его каблуков, — я на месте. Охренеть.
— Что такое?
— Здесь я точно не разберусь, даже если постараюсь, — проворчал Соул, — я конечно тоже инженер, но не настолько.
— Ладно, — выдохнул я, — начнём с простого — что ты там видишь?
— Огромная окружность в центре комнаты, прям надо мной, — прокрехтел Соул, — в ней ещё куча таких же, но поменьше. От неё идёт куча больших и толстых проводов, — он выдержал паузу, — соединяющихся, судя по всему, с этими самыми зубьями.
— Это и есть генератор плазмы, — похвально сказал я, — теперь тебе его нужно разогреть. Дальше дело за мной.
— Тогда управляй мной, босс, — просмеялся Соул, — меня ведь не расплавит?
— Только твои имплантаты, всё что органическое — сгорит, — усмехнулся я.
— Пошёл ты нахрен, Мартин.
— Ладно. Перед тобой есть три панели команд — каждая из них соединена с зубьями и позади, около большого контейнера с пометкой «радиоактивно» есть ещё одна.
— Всё вижу, — явно не понимая принадлежности всех этих панелей, проговорил Соул, — приступаем к делу?
— Для начала тебе нужно наклонить зубья немного вниз.
— Мы же и так почти носом уткнулись в пол.
— Соул, без вопросов, — строго проговорил я, — подойди к каждой из панели и аккуратно направь каждый из боковых зубьев чуть книзу, но верхний не трогай.
— Если что — ты во всём виноват.
Послышался звонкий грохот и скрежет, я взглянул на голографичекий экран — два огромных зубца, напоминающие скорее жвалы, плавно опустились вниз, поцарапав торианитовую стену перед нами.
— Да я ж просто рождён для этого, твою мать, — послышался вновь довольный голос Соула, — теперь что?
— Подходи к панели рядом с большим контейнером.
— А можно узнать, что в нём?
— Контролируемый термоядерный процесс, — усмехнулся я, — там синтезируется радиоактивная плазма из газообразного изотопа радона, которой мы непосредственно и работаем.
— Твою мать, мог бы и не говорить этого, — пробубнил Алекс, — мне запускать его?
— Не его, — прошипев сказал я, — процесс постоянно происходит там, всего лишь нужно подать плазму в ту самую огромную окружность, которая находится над тобой.
— Твою мать, — испуганно сказал Соул, — я ж и правда сгорю тут нахрен.
— Наши скафандры на это и рассчитаны, — тихо сказал я, — ты как ребёнок, твою мать. Глупеешь на ходу.
— Замолчи ты, — Соул замялся, — всё, делаю что нужно и сваливаю отсюда.
Послышалось нарастающее гудение. Взлед за этим раздался гулкий вой и дребезжание — поток плазмы вырвался из-под зубьев скорпиона и начал прожигать азеритовую породу. Бур слегка двинулся с места, наклонившись вниз. Я потянул на себя рычаги — механические конечности выпрямились, направляя носовую часть вниз.
Мы наконец сдвинулись с места. Шум и тряска заглушали всё вокруг. Юпитер залетел в кабину на полной скорости, что-то пиликая и жужжа в передатчик. Но я ничего не мог разобрать, не только от стоявшего кругом шума, но и от собственных мыслей.
Огромный механический скорпион отправился навстречу неизвестному существу, контролирующего толпы бездумных покрытых корой тварей. За всё это время никто и ни разу не назвал их людьми. То, что оно сделало с ними, исказило их до неузнаваемости. Такое не должно попасть в руки тем, кто запер нас в этой азуритовой тюрьме и знал всё заранее. Все мои видения и сны больше не казались бредом — лишь предупреждением, приманкой или наоборот, способом отпугнуть.
В голове вспылил слова Совета Директоров про бессмертие. Неужели они и правда посмеют использовать такой ужасающий метод на простых людях. В голове не укладывались мысли, царил полнейший хаос. Но он доставлял мне удовольствие и предвкушение встречи.
Нас резко подбросило вверх. Вся конструкция полетела куда-то вниз, провалившись на месте бурения. Я схватился за рычаги, потянув их на себя и быстро опустив вниз. Огромный металлический скорпион, в котором мы находились, неуклюже, с треском и грохотом, рухнул на поверхность, устояв на механических конечностях. Нас сильно тряхнуло, чуть не разбросав по всей кабине.
— Приехали, твою мать, — раздался голос в передатчике, — ребята, вы там в порядке?
— Да, все целы, — кашляя и переводя дыхание, сказал я, — ты там как?
— Из тебя не такой уж и плохой пилот, — усмехнулся Соул, — если управление этой машиной можно так назвать.
Я вспомнил, что пока мы спускались, Юпитер пытался мне что-то сказать. Повернувшись к нему, я спросил:
— Ты мне что-то говорил?
— Да, мистер Мартин, — Юпитер лежал на полу, мигая сетчатыми глазами, — именно об этом и хотел вас предупредить.
— То, что под нами пустое пространство? — глубоко дыша, проговорил я.
— Не совсем пустое, мистер Мартин, — пропиликал робот, поднимаясь с пола и шатаясь из стороны в сторону.
— В каком это смысле? — удивился Алекс.
— Вы только взгляните на это — выговаривая каждое слово, сказала Екатерина, стоявшая у окна.
Мы с Алексом и Юпитером медленно подошли к ней. Мы огляделись.
Мы находились посреди огромного туннеля, уходившего назад и заворачивающего в сторону. Округлая и ровная поверхность тоннеля была испещрена синими кристаллами, источающими мягкое свечение. По его краям возвышались массивные торианитовые столбы, издающие едва слышимый гул. Они переливались голубым оттенком, отражая лазурный свет, источаемый самими стенами.
Прямо перед нами виднелся немыслимо гигантский тёмный силуэт. Он напоминал собой свернувшегося в огромное кольцо змея. Его поверхность напоминала кору давно высохшего дерева — коричнево-чёрного цвета, усеянная широкими прожилками и глубокими ямками, в которых виднелись зеленоватые ростки, словно прям на нём росло какое-то растение. Его кожа была усыпана сотнями или даже тысячами чёрных кристаллов различной длины и формы. От него исходил непонятный звук, напоминающий одновременно рык и свист. Его массивное тело медленно опускалось и поднималось, словно оно тяжело дышало.