выхода. Она не сумела найти ни единой возможности. Мне нужна еще чья-нибудь точка
зрения, подумала она. Но сейчас слишком поздно, чтобы пытаться связаться с Китом.
Мне нужен Пралайя, думала она. Нужно его умение видеть и анализировать
альтернативные вселенные, он отлично с этим справляется, тут не может быть и двух
мнений. Она собиралась воспользоваться любой доступной помощью.
Но Кит тоже хотел бы пойти, подумала она. Я не могу запретить ему. И, ох, мне
нужна его помощь.
Но у него было еще меньше опыта в обращении с Ядрами, чем у нее. А если он
действительно присоединится к ним, то что, если он сразу распознает, кто скрывается
внутри Пралайи?
От подробностей этой странной связи у нее голова шла кругом. До сих пор Одинокая
Сила обычно являлась как жестокая и разрушительная сила, сметающая все на своем пути.
Нита, впрочем, знала, что Она могла действовать весьма утонченно при желании. Но
никогда и представить себе не могла ничего подобного. И вне зависимости от способа,
которым Она воздействовала на этого волшебника, если Кит распознает Ее присутствие в
Пралайе, он придет в ярость, что Нита продолжает работать с ним. Он просто не сумеет
понять причин этого, подумала она.
Он сможет понять, если ты объяснишь ему, пронеслось на задворках ее сознания.
Но Нита уже начала выстраивать объяснения в своей голове, и, чем больше она
старалась, тем более они походили на попытки оправдать перед Китом то, что она
продалась Одинокой Силе.
И что, если он прав...
Она перевернулась и уставилась в потолок, в ее голове бурлило несколько вариантов
диалогов, причиняющих немалые страдания. Спасти ее маму... и потерять волшебную
силу.
Стоит ли оно того? Раньше, когда Нита только-только начинала, она сразу бы ответила
" Нет! ". Клятва казалась тогда такой ясной, разница между добром и злом была
кристально видна.
Но сейчас...
Речь шла о ее маме.
Она просто не могла представить себе жизнь без этого безмятежного танцующего
присутствия. Ее мама всегда была здесь, она стояла за всем, присутствовала во всем. Сама
мысль о том, что ее может не быть, вызывала ощущение гнетущей пустоты: никогда не
услышать ее голоса, подшучиваний, покрикивания при необходимости, тихого напевания
себе под нос - никогда больше...
По крайней мере, с этой стороны Сердцевины Времени.
Обычно было приятно думать о Сердцевине Времени, где все сущее сохранялось в
своем идеальном состоянии в центре всего. Но Сердцевина Времени казалась лишь
отдаленной уверенностью в лучшем, отдаленной возможностью, особенно когда ты в
циничном и подозрительном настроении. Это была абстракция, не имеющая ничего
общего с реальностью конкретной женщины, которая еще неделю назад вдохновенно
кружила по кухне. Которая всегда была рядом, чтобы обнять Ниту, которая все понимала,
когда ты рассказывала о травле в школе или плохих оценках, и даже о волшебстве.
И теперь... если я сделаю это... я сдамся.
Но зато она останется здесь.
Тем не менее... отказаться от всего... От одной этой мысли во рту возникал горький
привкус. Окна в сотни тысяч иных миров, а также еще одно, особенное личное окошко
будут навеки закрыты для нее, и даже памяти об этом не останется, только глухая
непонятная боль на дне сознания, там, где когда-то было волшебство. Так много людей
страдают от нее, полагая, что это нормально. В конце концов, Нита просто станет одной
из них. Единственное, что она сможет вспомнить, так это "славные добрые деньки,
проводимые в играх с Китом". Вот все, что у нее останется: воспоминания о детских
фантазиях.
А он будет по-прежнему помнить реальное положение вещей и, когда Нита будет
проходить мимо него на улице или при случайной встрече в школе не узнает его, не
вспомнит, что он значил для нее когда-то... на самом деле.
Но зато, по крайней мере, никто не умрет