Выбрать главу

Он встал, накинул штаны и спустился вниз.

В гостиной стояли десятки пакетов — Тая видимо заходила, пока они спали, принесла вещи для Риты.

Рита сидела на диване в гостиной и смотрела телевизор. Увидев его, улыбнулась той самой улыбкой, от которой у него сердце таяло.

— Проснулся? — спросила она. — Я не хотела будить. Ты так сладко спал.

Дима подошёл, сел рядом. На экране шло какое-то ток-шоу, но она не смотрела на экран. Смотрела на него.

— Что-то случилось? — спросил он.

— Нет, — покачала она головой, убирая волосы за ухо. — Просто... я смотрела на тебя, пока ты спал. И мне показалось... что-то знакомое.

— Что именно?

— Не знаю, — она пожала плечами. — Просто лицо. Оно мне кажется родным. Даже когда я не помню, оно кажется родным. Как будто я всегда его знала.

— Дима, я хочу спросить... — начала она после паузы.

— Спрашивай.

— Тот шрам, — она коснулась своего лица, провела пальцами по неровной линии, которая теперь стала частью её. — Он у меня откуда? От аварии?

Дима замер. Сердце пропустило удар.

— Да, — сказал он после паузы. — От аварии.

— Он очень заметный? — спросила она. — Я не видела. Зеркал нет.

Дима молчал. Смотрел на неё и молчал, не в силах подобрать слова.

— Покажи мне, — сказала она. — Пожалуйста.

— Рита...

— Я хочу знать, — твёрдо сказала она. — Я хочу видеть. Я не боюсь. Я понимаю, что ты специально убрал все зеркала. Хватит меня прятать от самой себя.

Дима смотрел на неё и видел в её глазах ту самую силу, которую всегда в ней любил. Она не боялась. Она хотела знать правду. Какой бы она ни была.

— Хорошо, — сказал он. — Я покажу. Но только если ты пообещаешь, что не будешь паниковать.

— Обещаю.

Дима встал, подошёл к комоду, на котором лежал телефон. Включил камеру, переключил на фронтальную и протянул ей.

Рита взяла телефон дрожащей рукой. Поднесла к лицу.

Дима смотрел на неё и замер.

Она смотрела на своё отражение долго. Очень долго. Водила пальцем по шраму, изучала его, трогала, проводила по неровным краям, по тому месту, где когда-то была гладкая кожа.

— Страшно, — сказала она наконец. — Но не так страшно, как я думала. Я не хочу, чтобы Лиза боялась меня. Не хочу, чтобы она испугалась, когда увидит.

— Ты красивая, — тихо сказал Дима. — Всегда была красивой. И шрам этого не меняет. Ты её мама. Будем надеяться, что Лиза не будет бояться. А если будет — мы ей объясним. Расскажем, что это просто шрам. Его можно убрать. Что он не делает тебя другой.

Рита посмотрела на него. В глазах её блестели слёзы, но она улыбалась.

— Спасибо, — сказала она. — За то, что не дал мне сойти с ума. За то, что ждал. За то, что ты есть.

Дима притянул её к себе, обнял.

— Я всегда буду ждать, — прошептал он. — Всегда.

За окном зажигались звёзды.

Они сидели обнявшись и молчали. Но в этом молчании было больше, чем в любых словах. В этом молчании было всё: прошлое, настоящее, будущее. В этом молчании была жизнь.

Это было начало.

Глава 19. ЛИЗА

Утро наступило тихо, как и положено утру, которое может всё изменить — разрушить или создать заново, подарить надежду или разбить сердце вдребезги. Солнце только начинало подниматься над верхушками сосен, заливая комнату мягким золотистым светом, в котором танцевали пылинки, и этот свет казался таким мирным, таким обыденным, что Дима на мгновение позволил себе поверить, что всё будет хорошо.

Он проснулся первым, как всегда за эти дни. Лежал неподвижно, боясь пошевелиться, боясь разбудить Риту, и смотрел на неё — на спящую, расслабленную, такую беззащитную и такую красивую, что сердце сжималось от нежности. Слушал её ровное, спокойное дыхание, и в голове его крутилась одна мысль, одна тревога, одно ожидание, которое он отгонял от себя всю ночь: сегодня случится то, чего он боялся и ждал одновременно. Встреча с Лизой. Маленькая девочка, которая так долго ждала маму, наконец-то её увидит. Но увидит ли? Узнает ли? Не испугается ли? И что тогда будет с Ритой, которая и так едва стоит на ногах после всего, что с ней случилось?

Рита заворочалась во сне, что-то прошептала, потом открыла глаза и сразу улыбнулась ему — той самой новой улыбкой, которая появлялась каждый раз, когда она его видела, той улыбкой, ради которой он готов был горы свернуть.

— Доброе утро, — прошептала она хрипловато со сна, потягиваясь всем телом, как кошка.

— Доброе, — ответил Дима, наклоняясь и целуя её в висок, чувствуя, как от этого простого движения внутри разливается тепло.