[Один]
За окном спокойная, тихая ночь, слабые фонари, которые горели через один и приглушенный лунный свет пролился на город. Нумерклик – большой, но очень спокойный город, его нельзя было сравнить ни с Нью-Йорком, ни с одним из городов Канады.…Здесь всегда и всё шло своим чередом, но не сегодня.В комнате, где еще час назад спокойно спала компания друзей теперь царит хаос. На дворе стояла ночь, но она не была похожа на другие: лунный свет загородила пелена серо-зеленого тумана; шум травы и деревьев сменился на крики ужаса и шум вертолетов, которые без конца куда-то отправлялись. То место, где еще пару часов назад все считали родным, близким и надежным – рухнуло в один момент. Город, ранее считавшийся «Самым тихим городом во всем штате» теперь был другой. От спокойствия ни осталось ничего. Неосязаемо большой купол накрыл город по всем границам, не давая и надежды на спасение. Люди все еще бились об прозрачную с белым отливом сферу, пытаясь выбраться за границы, но все попытки были тщетны. Каждый следующий удар был все слабее и слабее, жители почувствовали свою беспомощность во всей красе. Самые смекалистые начали баррикадировать любые входы и выходы из своего дома, в то время как некоторые все еще искали побег из замкнутого круга. – Мы, как лабораторные крысы, находимся в четырех стенах, и никто не знает, кто будет следующим, – подметила Эшли, отодвинув пыльную, зелёную штору в забытой Богом комнате, которая была их с Эйлер спальней. Если быть точным – помещение принадлежало колледжу, в котором училась вся компания, но на оставшиеся два года её застолбили девушки. Несмотря на то, что в корпусах запрещено было курить и даже упоминать сигареты или, не дай Бог, алкоголь, в их комнате всегда был запах дешевых сигарет и паршивого вина, которое Эйлер хранит в книгах, а точнее в остатках книг. Ещё прошлым летом, когда при очередной проверке их без малого не застукали, девушка решила на тайник понадежнее: вырезать из нескольких ненужных книг страницы, и вставить бутылку того самого «напитка Богов». – Знаете, ребята, это не дело. Лично мне не нравится, что Дин исчез, а вместо него теперь Это. И вообще, что, а точнее кто, он? – Дьявол, Крис, по твою душу пришёл, ты ведь не исповедовался после того, как вчера передёрнул на Эшли? – с ухмылкой произнесла Эйлер, после чего ещё раз надпила с горла тот самый «Закат Эмиброда»*.– Чёртова алкашка, ничего не передёргивал я. И вообще, как ты пьёшь это дерьмо? Оно ведь на вкус, как мертвая бабка, – Крис скорчил лицо, показывая всё своё презрение к мёртвым бабушкам.– Я, конечно, не хочу влезать в ваш разговор, но что мы будем делать? – Эшли не сдвинулась с места, всё также продолжая смотреть в окно в котором помимо старых разводов то ли от дождя, который прошёл еще пару недель назад, то ли от того, что Дин пытался отмыть водкой окно.– Не знаю, как вы, но я иду на улицу, и в жопу этого ублюдка, – Эйлер сделала пару глотков вина, поднялась с винилового, протертого до дыр дивана; заправила прядь каштановых волос за ухо и уверенно направилась к двери. – Так и будете стоять, жалуясь на свою жизнь и недотрах, или всё же поищем хоть что-нибудь, что прояснит ситуацию? – Ты безумна. Все люди прячутся, а ты идёшь в самый эпицентр этого дерьма? – Тс, Крис, не начинай, она ведь права. Нам нужно что-нибудь сделать, иначе мы так и будем, как лабораторные крысы, сидеть и ждать своего времени, когда нас пустят в расход, – не дав закончить уроки по самосохранению от Криса, Эшли двинулась в сторону двери. – Если я умру, Эйлер, не пей это дерьмо на моих похоронах, – недовольно хмыкнул парень, направляясь в сторону входной двери.–Обязательно напьюсь, – девушка подмигнула, после чего, не обращая внимания на друзей отправилась вперёд – к выходу из подъезда.* «Закат Эмиброда» - дешёвое вино, которое делали на юге штата.
[Два]
— Знаете, я ожидал чего-то кровавого, но пока это всё напоминает мне слишком плохой ужастик, где главному убийце не заплатили гонорар, – возразил Крис, осмотрев пустую улицу, где не было ни людей, ни кровавых драк, да и вообще ничего, кроме закрытых домов, витавшего в воздухе страха и запаха недопитого Эйлер алкоголя.Слова парня остались незамеченными, вернее, девушки просто не стали на это отвечать. Ощущались паника и страх, было хорошо слышно, как люди подпирают двери всем, что у них есть, а окна старались забить старыми деревянными досками, а кто и их не имел – закрывал кусками ткани. Вряд ли это спасёт их, когда армия истребителей ворвётся в район, но что может быть в голове у людей, которыми овладели страх и ужас? Несмотря на всю атмосферу, компания подростков продолжила свой путь к концу района. – На часах четыре часа утра, а мы ходим и ищем то, чего вообще не должно быть, - мифического клона Дина? Дина из параллельной Вселенной? – Крис не отличался терпением, но сейчас он был чертовски прав.– Знаешь, кто бы это ни был, но он агрессивный урод, а я таких не люблю. Да и вообще, меня волнует Дин. Он ведь не мог просто так испариться, если этот ублюдок что-то с ним сделал, – Эйлер сжала кулаки, вдавливая ногтями в ладонь, оставляя на них кровавые следы. Ни бутылка, которую ещё пару минут назад прикончила девушка, ни атмосфера города не мешали ей трезво мыслить.Ещё пару минут ходьбы, и в прямом смысле конец - купол, который не даёт уйти за предел города. – Чёрт, серьёзно? – Крис недовольно уставился на огромную часть сферы, которой, казалось, не было конца: высокая, но всё равно маленькая, не смотря на то, что город был достаточно большим, оказавшись под куполом казалось, что можно пройти от одного конца до другого за полчаса, хоть это было не так. – Мисс Алкоголь, куда дальше поведёшь нас со своими бредовыми идеями?– Заткнись и пошли к площадке, – Эйлер ускорила темп, приближаясь к детской площадке. Ещё вчера днём на ней резвились дети, продавцы стояли со своим поганым мороженым, а дети требовали у родителей бесполезные вещи. Никто не знал, что будет через пару часов. На площадке всё также остались игрушки детей, которые должны были проснуться и пойти играть дальше, но не сейчас. Уже нет.Эйлер, а за ней и друзья, стремительно приблизилась к детскому пианино, которое было сделано прямиком на дороге. Аллея цветов, а среди неё – огромные клавиши, по которым раньше прыгали дети, играя разные, несвойственные музыкантам песни, которые на самом деле были простым набором нот. – Эйлер, ты уверена, что нам именно сюда нужно было? – Эшли сама уже сомневалась, верное ли было решение идти за подругой, вдруг они все таки облажались и все, что сейчас руководит Эйлер – это вино? – Эшли, нет, мы пришли куличи из песка лепить. Мы ведь пошли через весь район посреди ночи, чтобы играть. Подумаешь, псих где-то в городе! – язвительно продолжал Крис, который никогда не поддерживал эту идею.— Слушай, Крис, ты всегда такой нытик, или сегодня особенный день? — Эйлер недовольно взглянула на друзей. — Могли не идти, я и сама справилась, — девушка прислонилась к куполу, после чего провалилась за его пределы. Тонкая материя, где, должно быть, люди не ходят в подобных ситуациях; именно в этом месте, которое на вид не отличается от другой части стены, оказалась так предательски тонка.— ТЫ В ПОРЯДКЕ? — хором последовала фраза, но Эйлер не отвечала, чем заставила друзей последовать её примеру, только, в отличие от девушки, они зашли в пролом сферы очень осторожно. Кто знает, что поджидает их за этой дырой? Может, пропасть, а может — спасение. Но за толстой стеной материи оказался лишь белый длинный коридор, который обрывался только лестницами: высокие, длинные, крутые и прямые — они были везде. То, что они не улетели в пропасть и не умерли, уже радовало, но эта радость слишком быстро сменилась тревогой. Место, где нет ничего знакомого. Место, которое похоже на рай, только слишком плохой. Пахло лабораторией, правда, никто из ребят не знал, как она пахнет, но примерно так они и представляли себе: запах серки, спирта и средства для дезинфекции. Здесь было чище, чем в операционных, что невольно подметили все, но озвучить это не решились.Коридор был пустым, и только Эйлер, которая отряхивала спину, хотя это было делать весьма необязательно, ведь ни пыли, ни грязи здесь и в помине не было. Белый яркий свет, который делал комнату ещё безумнее, если раньше она походила на слишком стерильную операционную, то теперь смахивала и на психбольницу. Если бы не обстоятельства, это место не внушало бы столько тревоги, но сейчас оно воспринималось, как клетка. Прямые коридоры и бесконечные лестницы, которые могли символизировать лабиринт сознания, взлёты и падения разума.В компании царила гробовая тишина всего пару минут, которые могли показаться вечностью. Здесь время идёт иначе или, возможно, это всего лишь воображение, отсутствие часов, солнца и луны? Здесь не было ничего, что могло бы определить — день или ночь? Без слов юноши передвигались вперёд по нескончаемому коридору, и всё, что находилось вокруг них, — белые стены, настолько светлые, что глаза начинали болеть. Контрастной деталью в этом свете стала серая, светлая, но такая выделяющаяся дверь. Эйлер стремительно держала направление к двери, ведь больше ничего здесь и нет. Казалось, что это знак, возможно, свыше, но, может быть, это была ловушка. Друзья не хотели разделяться или ссориться в таком месте, поэтому все так же молча пос