— Он был хорошим человеком и очень вас любил. Он переживал о случившемся, но вышло как вышло. Перед смертью Валя велел мне передать вам сумку… Вы заглядывали в нее?
Елена кивнула и достала из пакета альбом для рисования.
— Судя по всему, это ваш?
Иван придвинул альбом к себе.
— Я не знаю, как мне быть с содержимым сумки. Мне не нужны деньги, из-за которых погиб муж.
— Елена, это уже не мое дело. Решайте сами, только будьте осторожны: за вами могут следить.
Женщина переглянулась с дочерью:
— Первое время нам действительно не давали проходу. Следили и днем, и ночью. Сейчас вроде тихо.
— Думаю, те ребята во дворе присматривают за вами.
— Кто? Лешка с Витькой? — Ирина презрительно скривилась. — Да они тупые как валенки!
— Ты знаешь, чем они занимаются?
— Весь район знает, включая полицию.
— Тогда подумай: почему они торчат именно у вашего дома? — Иван перевел взгляд на Елену. — Помните, кому Валентин с друзьями перешли дорогу? Наркоторговцам. Улавливаете связь?
— Мам, а ведь он прав! Они как раз с тех пор у нас и околачиваются!
Елена нахмурилась: таких подробностей она не помнила, а Ирина знала очень хорошо.
— Это лишь мое предположение, но такие вещи лучше не игнорировать. И дома на эти темы не говорите, — он покрутил пальцем у виска, намекая на возможные прослушки. — Так спокойнее.
Сказав все, что считал нужным, Иван замолчал. Елена почувствовала это и поднялась.
— Спасибо, что нашли нас и все рассказали. Мы даже не знали, что с Валентином... Порой мне казалось, что его нет в живых, порой — что он нас бросил. А оказалось, он переживал и боялся нам навредить. — Она протянула руку. — Еще раз спасибо. Пусть к вам скорее вернется память.
Попрощавшись, Елена взглянула на дочь, все еще сидевшую за столом.
— Мам, иди. Я потом приду.
— Как скажешь. — Она кивнула Ивану: — До свидания.
Когда Елена вышла, Ирина спросила:
— Все? Миссия выполнена? Теперь уедешь?
— Да. Пора заняться поисками. — Иван намеренно сделал акцент на этом, избегая тягостных объяснений.
Она поняла.
— Можно? — Ирина показала на альбом.
— Конечно.
На страницах была та самая девушка из его видений. Ирина внимательно разглядывала рисунки.
— Это она? Та, что приходила к тебе во снах?
Он кивнул. Со стороны они выглядели просто как добрые знакомые, беседующие за чаем.
— Фигура хорошая! Наверное, симпатичная...
Иван пожал плечами — правды он не знал, но внутренне соглашался.
— Смотри, — Ирина перевернула страницу. — Здесь она в городе, а здесь на набережной — видишь пирсы?
— Рыбаки говорили, что это похоже на Сочи.
— Туда и поедешь?
Он закрыл альбом.
— Мне нужно вернуть память. Тяжело жить, не зная, кто ты! Вдруг это моя девушка? Или жена? Может, у меня есть дети... А может, это просто соседка, и у меня никого нет. Вообще никого...
Только теперь Ирина по-настоящему осознала его состояние.
— Позвонишь потом?
— Обязательно.
Он убрал альбом в сумку, в последний раз взглянул на нее и вышел.
— Удачи... — беззвучно прошептали вслед ее губы.
Глава 18
«Работать начинаем со вторника»
Сочи
Иван сидел на берегу и смотрел на набегающие волны. В Сочи погода была куда лучше, чем в Москве. Солнце днем припекало так, что он снимал черное пальто-бушлат и носил его в руках. Да, чувствовалось, что лето давно закончилось, что уже не сезон, что отдыхающих на набережной намного меньше, но все-таки среди них находились смельчаки, решавшиеся раздеться и искупаться. Иван тоже не удержался и окунулся. Море все-таки!
Вода оказалась вполне терпимой — на Алтае она попадала в озера из горных рек и даже летом прогревалась не слишком сильно. Так что Ивану было не привыкать. Полотенца у него не оказалось, и он дожидался, пока тело обсохнет, сидя на деревянном поддоне.
Иван провел в Сочи целую неделю, исходив город вдоль и поперек, но поиски результатов не принесли. Сказать, что это повлияло на его настроение, — не сказать ничего. Набережная была единственной зацепкой, и ему не оставалось ничего, кроме как прогуливаться по ней, надеясь на чудо.
Он оперся руками о поддон и откинулся назад, подставляя тело солнечным лучам. Помимо него на берегу находилось не так много людей: несколько человек прогуливались вдоль линии прибоя, кто-то, как и он, обсыхал после купания, а на выступающем далеко в море узком бетонном моле стоял одинокий мужчина.
Иван достал из сумки альбом и принялся рисовать. Зачастую он делал так автоматически: это помогало привести мысли в порядок. Вот и сейчас он размышлял, как поступать дальше, пока не услышал за спиной чей-то голос: