— Чистая правда, — произнес довольный Илья. — Я ведь почти весь мир объездил: и стейки тунца ел, и рыбу-пилу пробовал, а вот такого объедения нигде не встречал.
— Не знаю. Пельмени с рыбой — странное сочетание! Мне кажется, такая тема на любителя.
Мужики рассмеялись. Даже Юрий, который чистил рыбу чуть поодаль от стола, чтобы не испачкать всех чешуей, поправил очки, взглянув на Ивана, и улыбнулся.
— Посмотрим, что ты скажешь, когда попробуешь, — ответил на это Павел, продолжая крутить фарш. — Да тебя за уши не оттащишь! Помяни мое слово!
Иван пожал плечами и открыл свою тетрадку для рисования, чтобы завершить начатый рисунок.
Пельмени действительно получились необычайно вкусными. Хорошо, что рыбы наловили много и их хватило на всех. Даже дедушка Тайбулы ел с удовольствием.
— Точно не знаю, но, кажется, я ничего вкуснее этого не ел, — признался Иван, подцепляя вилкой очередной пельмень. — Вы давайте пейте уже, а то вам закуски-то совсем не останется.
Мужики рассмеялись, и даже у дедушки Тайбулы глаза залучились улыбкой.
— Молодец, Малыш! — ободрил Павел, разливая всем в стаканы. — Ешь от пуза! Тебе сил надо набираться.
— Наш человек, — подтвердил Илья.
— Только давайте по чуть-чуть, — предостерег Юрий, посматривая на бутылку. — Я в баню заходил, там жар о-го-го какой!
— Вон оно, озеро. Окунемся, и порядок! — тут же привел контраргумент Павел, но все-таки налил чуть меньше обычного и поднял стакан. — Предлагаю выпить за здоровье Ваньки! Выздоравливай, Малыш! — сказал он и тут же залпом опустошил стакан.
— Поправляйся, Ваня, — подняв свой стакан, присоединился Илья и тоже выпил следом.
Юрий тоже последовал их примеру, молча подмигнув Ивану и ободряюще кивнув.
Валентин сегодня вообще не пил. Он слегка перекусил и стал рассматривать тетрадь с рисунками. Ему нравилось наблюдать, как день за днем Иван прибавлял в мастерстве, что было заметно даже непрофессионалу. Дойдя до последних рисунков, Валентин в изумлении поднял брови, развернул тетрадку пошире и показал дедушке Тайбулы.
Тот от удивления взмахнул в воздухе ложкой, и все сразу повернулись к Валентину и старику.
— Что там у вас случилось? — спросил Павел.
Валентин передал ему тетрадь с раскрытыми в нужном месте страницами, и тот, взглянув на рисунки, присвистнул.
— Мужики, смотрите!
Юрий и Илья пододвинулись поближе и стали рассматривать изображения.
— Ничего себе!
Там были три портрета. Не классические, а что-то наподобие шаржей, отражающих черты характера человека.
На первом рисунке был изображен Павел Алексеевич. Он стоял в наброшенном на плечах кителе, из-под которого виднелась тельняшка. В руке он держал стакан в подстаканнике: отхлебывал из него горячий чай и наблюдал, как хиленький солдат подметает плац. На следующей странице был Юрий Иванович. Он задумчиво склонился над разложенной на столе картой и что-то на ней разглядывал. И наконец, на последнем рисунке красовался Илья Борисович. Вальяжно развалившись на троне, он разговаривал с кем-то по телефону. Штанины брюк были засучены, а ноги опущены в тазик со сверкающими монетами.
— Вот как это у него получилось? — восхитился Павел и перевел взгляд на Валентина. — Ты ему раньше ничего о нас не рассказывал?
Валентин помотал головой и сам посмотрел на Ивана.
— Почему вы так смотрите? Я не так что-то сделал? Если что, извините, это же просто рисунки. Баловался, пока вы пельмени лепили.
— Прямое попадание в цель! Просто в яблочко! — ответил Павел, тряся перед собой альбомом. — Мы с Юрой военные: я полковник, он майор. Илья Борисыч бизнесмен.
— А почему...
— Почему он с нами? — опередил Ивана Павел и развел руки в стороны. — Потому что женат на моей сестре.
— Малыш, а ты очень даже наблюдательный товарищ. Случайно, психологией раньше не увлекался? — предположил Юрий, все еще разглядывая тетрадь.
— Не знаю, может быть. У меня темное прошлое!
Дедушка Тайбулы, будто вспомнив о чем-то, прервал их разговор.
— Муроц, надото Найдёж в избу тасито, однако. Моя работатя будят, — сказал он, поднимаясь из-за стола, — а вы в баню ходит. Шуметя нельзя.
Когда они оказались в доме одни, дедушка Тайбулы подошел к Ивану и внимательно посмотрел на него.
— Твоя сны видят?
Тот кивнул.
— Твоя кто-то страшано снитося?
— Нет, дедушка. Я просто летаю, но прилететь никуда не могу.
— Эта не страшано. Прилетися.
Сочи. Октябрь
— Илона Давыдовна, у меня есть муж! Вы ведь тоже одна приехали отдыхать.
— Диночка, мой муж — известный врач. Он себе не принадлежит, он все время работает. Да и мы уже в таком возрасте, когда у каждого своя жизнь, свои интересы. Я уже давно забыла, когда мы с ним последний раз отдыхали на море вместе. А вот почему твой муж отпустил тебя в таком положении одну, ума не приложу!